ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

О классификации растений или
сюжет о семи поколениях…

Не желай своей судьбы    

На судьбу менять чужую: 

Ни отрады, ни борьбы      

Ты не знаешь, взяв иную.

Богу ведать одному,          

Что приличнее кому.        

Русская поговорка

 

Итак, все реперные точки в нашем Саду расставлены. Система сдержек и противовесов – сбалансирована. Не пора ли перейти к тому безумному вопросу, с которого мы все и начали?

И все же – сколько семейств растений существует в нашем, идеологически-верном, мистическо-правильном, исторически-выверенном и географически-скоординированном Саду?

Перед тем как начать разговор, собственно, о цветах небезынтересно очень кратко разобраться – что же такое живой мир. Со времен Аристотеля биологи делили весь органический мир на растения и животных. Люди, пусть далеко и не все, издавна понимали значения мира растений и свое место в нем.

Поэтому и возникла наука ботаника (от греческого «ботанэ» — «трава»), и у нее всегда были свои рыцари. Ученик великого Аристотеля – Теофраст (372 – 287гг. до н. э.) создал труд «Исследования о растениях» в 9 томах, который оказал такое влияние на науку о растительном мире, что автора до сих пор называют «отцом ботаники».

Начиная с древнего Рима, богиня цветения, колосьев, цветов и садов Флора становится одним из главных персонажей мифологии. В ее честь устраиваются ежегодные игры, которые сопровождались веселой разнузданностью простого народа. В XVI – XVII веках художники наиболее часто посвящали ей свои произведения.

Сандро Боттичелли. Весна. Около 1480. Флоренция, Уффици.

На одной из известнейшей картин, принадлежащей перу Сандро Боттичелли «Весна» рядом с богиней любви изображена Флора. Богиня цветов Флора изображена как воплощение весны и юности. Она легко ступает по пестрому лугу, разбрасывая вокруг себя цветы. В правой части картины Боттичелли представил мифологический сюжет: влюбленный Зефир, настигнув Хлориду, овладевает ею, и она превращается в богиню Флору. Ее образ – напоминание о радостях восприятия цветов и, кроме того, символ самой Флоренции – «города цветов».

Достаточно долго считалось, что живой мир состоит из двух царств. Разумеется, к первому царству относится царство Животных (Animalia). А ко второму – царство Растений(Vegetabilia).

Между тем, в двадцатом веке ученые почувствовали недостаток деления органического мира лишь на флору и фауну и пришли к выводу, что он состоит из четырех царств.

Тиссо Джемс Жозеф Жак. Весна. 1865. Частное собрание.

Казалось бы, и все. Скажем большинство нормальных людей, относят грибы к растениям. Однако оказывается, что это совершенно отдельное направление в биологии и называется царство грибов (Mycetalia).

И к совершенно иному виду органического мира ученые относят так называемые сине-зеленые водоросли, которые относятся к царству прокариотов.

И хотя большинство цветоводов-любителей не задумывается о трансформации растений на протяжении многих сотен лет, они все же по мере развития своего увлечения, сталкиваются с необходимостью хоть какой-либо систематизации. Первоначально можно обойтись самым примитивным – поделить все растительное многообразие на деревья, кустарники и травы.

Потом, рано или поздно, эти увлеченные люди узнают о такой системообразующей единице, как семейство, к которому относятся все растения. И здесь новоявленные ботаники к своему изумлению узнают, что этих семейств огромное множество, порядка четырех сотен (???).

Миллес сэр Джон Эверетт. Англия. Цветущие яблони (весна). 1856 – 1859 гг. Художественная галерея Леди Левер. Англия.

Причем, даже самые профессиональные биологи-профессионалы за всю свою жизнь вряд ли смогут прикоснуться ко всему этому многообразию.

И вот поумневший цветовод-ботаник, уже знающий о существовании семейств, к своему изумлению вдруг узнает, что роза и яблоко, при всей своей непохожести, оказывается, относятся к одному семейству – розовых, как равно африканская ягода-арбуз является прямым родственником нашего русского огурчика, поскольку они относятся к одному семейству — тыквенные.

А вот калина и малина, при всей своей относительной похожести, являются выходцами из различных «фамилий», ибо первая относится к семейству жимолостных, а вторая – к розовым.

Осуществляя великий переход от принципа «деревья-трава» наш любознательный натуралист оказывается в той же ситуации, в коей была зарождающаяся наука пятьсот лет назад. Ведь и тогда понадобился прорыв во взгляде на растение.

Моне Клод Оскар. Франция. Дамы в саду. 1867. Музей Д Орсе, Франция, Париж.

Нужно было отказаться от той классификации, которая ставила во главу угла принцип использования растения человеком исключительно в своих хозяйственных нуждах.

Надо было отказаться от схожести калины-малины и взять за основу признаки, присущие самому растению, важные для него самого. И такая простая, и в то же время гениальная мысль пришла в голову человеку по имени Андреа Чезальпино (1519 – 1603). В своем сочинении «О растениях» он развивает взгляд на растение, как на целостный живой организм.

Говоря об исследованиях растений и их классификацию, мы должны также отдать дань глубокого уважения шведскому естествоиспытателю Карлу Линнею (1707 – 1778), в трудах которого ботаника достигла наивысшего выражения.

Так и, кажется, что Линней был инопланетянином или гостем из будущего, — иначе невозможно понять, как сумел он столь много сделать, не имея компьютера, о котором в те времена и представления не могли иметь.

Лега Сильвестро: В виноградной беседке. 1860.

Линней в корне пересмотрел существовавшую ранее терминологию описания растения и разработал вместо нее принципиально новую.

До Линнея существовал чисто сравнительный метод описания растений. Олеандр обыкновенный, например, описывался как «растение с листьями, как у лавра, и цветками, как у розы». А вот по методике Линнея этот же олеандр следовало описывать как «вечнозеленый кустарник 2 – 3 метра высотой с супротивными или мутовчатыми кожистыми, узколанцетными листьями».

Описания, составленные Линнеем, принципиально отличались от прежних в первую очередь тем, что каждый орган растения описывался в конкретных терминах, имеющих вполне определенное значение.

Ну а поскольку Карл Линней, а, равно как и тысячи других, не менее талантливых ученых уже выполнили благороднейшую задачу по классификации растений, низко преклоним голову перед ними и с благоговением воспользуемся их трудами.

Базиль Фредерик. Семейная встреча. 1850. Париж, Лувр.

Если рассматривать существующую систематизацию растений, то следует отметить, что все они входят соответственно в царство растений, которые делятся на три подцарства. Эти самые подцарства, в свою очередь делятся на отделы, которые далее подразделяются на классы и подклассы. Подклассы в свою очередь делятся на порядки, а те – на семейства. Семейства в свою очередь делятся на роды, а те – на виды.

Как мы уже говорили, суть этой книги заключается в описании тех, и только тех семейств, с которыми мы сталкивались непосредственно на практике. Что касается систематизации семейств, то здесь долгих размышлений у нас не возникло, поскольку в нашей семейной библиотеке вот уже почти сорок лет хранится замечательное издание – шеститомник, под названием «Жизнь растений», изданный в семидесятых – восьмидесятых годах прошлого века.[1]

Дерт Генри Голден. Синее пальто. Частное собрание.

Приведенную там классификацию семейств растений, мы и взяли за основу. Лучшего современного издания, нежели этот древний шеститомник, мы не и не смогли найти! И это — в огромном половодье рыночного книжного изобилия. Воистину, научно-популярным книгам, изданным во времена Советского Союза отказать в добротном и солидном фундаментализме (во всем положительном понимании этого слова) просто невозможно!

Мы очень часто заглядывали в тома этого издания. Однако со временем, мы стали замечать, что некоторые сведения, изложенные в сборнике, входят в противоречие с информацией, которую мы видели в интернете.

Вначале мы отмахивались от этого противоречия, а потом были вынуждены согласиться с тем, что ботаника – такая же живая и развивающаяся наука, как и другие сферы научного познания. И за истекшие сорок лет, с момента выхода шеститомника, ученые существенно уточнили свои взгляды, и ряд растений переместились из одних в другие разделы своей классификации.

Курбе Гюстав Жан Дезире. Франция. Решетка. 1862. Музей искусств Толедо, Огайо, США.

Таким образом, мы руководствовались современными научными воззрениями, одновременно не забывая старый, добрый многотомник «Жизнь растений».

Итак, современная ботаническая наука исповедует так называемую таксонометрическую систему классификации цветковых растений, разработанную «Группой филогении покрытосеменных» (Angiosperm Phylogeny Group, APG). Ее еще сокращенно называют – APG III. Эта система была опубликована в октябре 2009 года в Ботаническом журнале лондонского Линнеевского общества.

В свою очередь система классификации APG III является преемницей системы классификации APG II (утвержденной в 2003 году), которая, в свою очередь, является преемницей системы классификации APG (1998 год).

Брендекильд Ханс Андерсон. Дания. Садик у дома. Начало XX века. Частное собрание.

Систематика растений представляет собой иерархическую систему из групп различного ранга, то есть, например, из семейств составляются порядки, а из порядков – классы. Независимо от ранга, каждая такая группа называется таксоном. Основные ранги таксонов – вид, род, семейство, класс, отдел. Следовательно, каждое растение должно обязательно принадлежать к определенному виду, роду, семейству, классу и отделу. В данном случае – растительное царство подразумевается само собой.

Первое слово в названии означает род растений, а второе — вид. Вот как будет выглядеть систематика всем нам известной ромашки аптечной: отдел — цветковые, класс – двудольные, порядок – астроцветные, семейство – астровые, род – ромашка, вид — ромашка аптечная.

Ренуар Пьер Огюст. Моне, пишущий в своем саду в Аржантейе. 1873. Атенеум Уэдсворта. США.

Иерархия таксонов и правила наименования растений (номенклатура) регулируется обязательным для всех ботаников Международным кодексом ботанической номенклатуры.

Важнейшей целью кодекса является установление только одного правильного названия, принятого во всем мире.

Руководящим в ботанической номенклатуре является принцип приоритета. Это означает, что из нескольких названий, предложенных для данного таксона, избирается старейшее. В связи с этим, встает вопрос об исходном пункте, далее которого в прошлое принцип приоритета не распространяется. Международный кодекс здесь принимает за исходную дату 1 мая 1753 года – условную дату появления работы Карла Линнея, где дается первая общепринятая систематизация растений.

Кегель Дезире. Бельгия. Повозка цветов. Частное собрание.

Международный кодекс ботанической номенклатуры может быть изменен только по решению номенклатурной секции Международного ботанического конгресса, который проводится один раз в шесть лет. Очередные изменения в Международный кодекс были приняты на XIX Международном ботаническом конгрессе, который прошел с 23 по 29 июля 2017 года в городе Шеньжень провинции Гуандун Китайской Народной Республики. А следующий, юбилейный XX Международный ботанический конгресс состоится в 2023 году в Бразилии, в знаменитом Рио-де-Жанейро

Если рассматривать существующую систематизацию растений, то следует отметить, что все они входят соответственно в царство растений. Это самое царство в свою очередь делит на отделы, которые далее подразделяются на классы. Классы в свою очередь делятся на порядки, а те – на семейства. Семейства в свою очередь делятся на роды, а те – на виды.

Бикнелл Франк Альфред. США. Сад Мисс Флоренс Грисволд. 1910. Частное собрание.

В процессе написания настоящей книги мы пытались найти достаточно разумный компромисс между современной классификацией порядков растений (APG III) и фундаментальным описанием конкретных семейств в издании «Жизнь растений». На наш взгляд, то, что мы сделали, для любительского уровня вполне приемлемо.

Итак, царство растений. Что же оно представляет собой на сегодняшний день? И здесь следует знать, что это огромнейшее сообщество подразделяется на три подцарства: Багрянки, Настоящие водоросли и Высшие растения.

И если два первых подцарства представляют для нас исключительно теоретический интерес, то настоящая книга посвящена исключительно представителям Высших растений.

Витч Вальтер. Англия. Вид сада. Бумага, пастель.

Однако и здесь тропинка систематизации совершает причудливые повороты, поскольку подцарство Высшие растения в свою очередь подразделяется уже на девять отделов: Риниофиты, Зостерофиллофиты, Плауновидные, Псилотовидные, Хвощевидные, Моховидные, Папоротниковидные, Голосеменные и Цветковые.

И опять-таки, первые пять отделов для нас, садоводов-любителей, не представляют никакого практического интереса.

Свой рассказ мы начнем лишь только с шестого отдела, то есть с самых примитивных мхов. Но об этом – в следующей нашей главе…

Вдоволь поразмышляв о классификации растений, мы, как-то невольно, переходим к классификации собственных корней. Кто мы? Откуда мы вышли и куда идем? Кто предшествовал нам и прилагал неимоверные усилия, чтобы сделать окружающий мир чуточку лучше?

Найт Луис Астон. США. Изгиб на реке. Галерея Рихс, Нью-Йорк, США.

На Руси существовала поговорка: «Знай свой род до седьмого колена». Помогая нашим внукам по предметам «Кубановедение», мы попытались ответить на вопрос – насколько глубоко простираются наши познания. Мы попытались прочертить одну из наиболее длинных генеалогических ниточек нашего рода.

Эта ниточка берет свое начало в Орловской губернии царской России. Мы знаем, что там проживал Герасим Калугин, который ориентировочно родился в начале XIX века. Был ли он крепостным крестьянином, обладающим профессиональным умением, либо свободным ремесленником, нам неизвестно.

Но по специальности Герасим был бондарем, то есть специалистом по изготовлению деревянных бочек. Это умение было передано своему сыну Василию. Вот практически все те скудные сведения о нашем далеком предке в СЕДЬМОМ колене.

Семья ремесленников Калугиных в начале XX века. Станица Гривенская. Примерно 1909 год.

У Герасима был сын Василий (соответственно, это ШЕСТОЕ поколение), который родился в 1832 году. Как и отец, он тоже стал бондарем. После отмены крепостного права, Василий Герасимович, вместе с группой ремесленников решил уйти на Кубань в поисках лучшей доли. Примерно в 1862 году он прибыл в станицу Гривенскую (что находится в Калининском районе Краснодарского края) и занялся изготовлением бочек для засола рыбы.

Там же он познакомился с девушкой — запорожской казачкой Марией Михайловной Толстик, которая с семьей переселенцев прибыла из Запорожья. В дальнейшем Машенька стала женой Василия. У них было много детей. В том числе в 1879 году родился сын Иван. В нашем семейном архиве имеется уникальная фотография, сделанная примерно в 1907 году:

На снимке мы видим в центре снимка мужчину с окладистой бородой. Это и есть глава – Калугин Василий Герасимович (ШЕСТОЕ поколение). Сидящая рядом с ним женщина – его супруга Мария Михайловна.

Снимок сделан в станице Гривенской, по случаю возвращения с русско-японской войны сына Василия Герасимовича – священника Григория Васильевича. Священник то он был не робкий, поскольку воевал в эскадре адмирала Макарова, за что и был награжден солдатской наградой – Георгиевским крестом.

Обратите также внимание на единственного мужчину с элегантной бабочкой, стоящего в третьем ряду. Это сын Василия Герасимовича – Калугин Иван Васильевич (ПЯТОЕ поколение). Он тоже работал бондарем.

Семья Калугиных-Пономаренко примерно в 1952 году. Станица Гривенская.

Прошло более сорока лет. И примерно в 1952 году семья Калугиных вновь собирается для фотографирования в станице Гривенской, опять-таки, по случаю приезда с военной службы сына Ивана Васильевича – подполковника Калугина Ивана Ивановича.

И здесь, Калугин Иван Васильевич, уже из третьего ряда, перемещается в центр фотографии, как глава семьи. Стоящая справа в третьем ряду женщина – дочь Ивана Васильевича – Пономаренко (Калугина) Мария Ивановна, родившаяся в 1912 году (ЧЕТВЕРТОЕ поколение).

Также, на этом снимке мы видим четырехлетнего мальчика с бантом, сидящего слева в первом ряду. Это – Пономаренко Евгений Георгиевич, который родился в 1948 году (ТРЕТЬЕ поколение).

А стоящая в центре третьего ряда восемнадцатилетняя девушка – сестра Евгения Георгиевича — Пономаренко (в дальнейшем – Орел) Диана Георгиевна (ТРЕТЬЕ поколение).

Семья Пономаренко-Листопад в апреле 2006 года. Город Краснодар.

Проходит еще более пятидесяти лет. И вновь, по случаю приезда из Москвы Дианы Георгиевны Орел (в девичестве — Пономаренко), в апреле 2006 года, собирается в Краснодаре семья Пономаренко — Листопад.

И здесь, Пономаренко Мария Ивановна, уже из третьего ряда, перемещается в центр фотографии, как самая старшая по возрасту. Рядом с нею находятся ее дети – Диана и Евгений (ТРЕТЬЕ поколение).

Рядом с Евгением Георгиевичем находится его супруга – Пономаренко (Дереза) Валентина Михайловна (ТРЕТЬЕ поколение). Рядом с Дианой Георгиевной находится теща Егора – Фокина Валентина Сергеевна.

А в третьем ряду слева мы видим наших детей – зятя Листопад Владислава Витальевича и дочь Листопад (Пономаренко) Марию Евгеньевну (ВТОРОЕ поколение). Еще одна пара в третьем ряду – это наш сын Пономаренко Егор Евгеньевич (ВТОРОЕ поколение) и его супруга Пономаренко (Фокина) Нина Александровна.

А внизу – сидят наши внуки Егор и Полина Пономаренко (ПЕРВОЕ поколение).

Семья Пономаренко-Листопад в сентябре 2010 года. Город Краснодар.

Прошло еще четыре года. И в сентябре 2010 года вновь собирается семья Пономаренко-Листопад.

Здесь уже в центр снимка перемещается Евгений Георгиевич, как старший по возрасту (Мария Ивановна ушла из жизни в 2007 году, в возрасте девяносто пяти лет). Слева от него находится супруга Валентина Михайловна, у которой на руках внучка – Женя Листопад (ПЕРВОЕ поколение). На руках у Валентины Сергеевны, еще одна, младшая внучка – Катя Пономаренко (также ПЕРВОЕ поколение).

Семья Пономаренко-Листопад в марте 2016 года. Город Краснодар.

Пролетело еще время. И, пару лет назад, в последний день масленицы, в день, так называемого «Прощеного воскресения», большая семья Пономаренко – Листопад вновь собралась вместе и сделала этот снимок. Обратите внимание: между первым и пятым снимками, пролегла временная дистанция примерно в СТО ДЕСЯТЬ ЛЕТ! Так что семья, хотя и с трудом, подходит к требованию знаний о семи поколениях.

Вот такие размышления о наших семейных корнях, вызвали растения и люди, жившие и живущие на нашей земле…

Однако, разобравшись с квалификацией растений, поколений и точек притяжения сада, не пора ли нам, любезный читатель, перейти к самим растениям?

Поэтому, в следующей, двенадцатой главе, мы расскажем о самых древних растениях, живущих сегодня на земле – о мхах, а также вновь коснемся истории, столь неоднозначного двадцатого века.

 

[1] Жизнь растений. В шести томах. – М.: Просвещение. 1974 – 1982 годы.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован.