ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ

Семейство двадцать седьмое — Камнеломковые, или про сад Живерни…

В саду, несомненно,

Новейшая эра:          

Нарциссам на смену

Приходит гейхера.    

Евгений Черень

Гейхера – это не ругательство. Это очень прекрасное и удивительное растение, принадлежащее семейству Камнеломковые.

С гейхерой нас связывают достаточно любопытные воспоминания. В далеком 2004 году нам посчастливилось побывать на знаменитой цветочной выставке в Челси (Лондон, Великобритания).

Чтобы попасть туда, пришлось пройти длительное и нудное собеседование в посольстве, сдавать отпечатки пальцев, что было по тем временам экзотикой. В общей сложности в Лондоне мы пробыли неделю. Нам повезло, была прекрасная, майская, солнечная погода. Мы много гуляли – любовались изумрудными, доведенными до совершенства, английскими газонами, посещали скверы и парки.

Буквально в первый день пребывания, будучи в сквере, находящемся неподалеку от Букингемского дворца, мы увидели незнакомое растение. Но что это – мы в ту пору не знали.

На всякий случай – сфотографировали, дабы потом расспросить у умных людей. Далее, мы много раз встречали это растение, при посещении Гринвича, Хэмптон-корта, иных скверов и зеленых уголков английской столицы. Вот так, мы познакомились с красавицей-гейхерой, принадлежавшей к семейству Камнеломковых.

Гейхера растущая в парке у Букингемского дворца в Лондоне. Снимок сделан авторами записок в мае 2004 года.

Это большое и разнообразное семейство объединяет около тридцати родов и до шестисот видов, распространенных преимущественно в холодной и умеренной зонах северного полушария.[1]

Среди камнеломковых нет древесных растений. Почти все камнеломковые – многолетние травы от нескольких сантиметров до полутора метров высотой. Растения, относящиеся к этому семейству, считаются крайне выносливыми. Ведь они произрастают, как в условиях крайнего Севера, так и в высокогорных районах.

Название «камнеломка» чаще всего связывают с высокогорными видами, растущими на скалах. Почему-то у местных жителей бытовало устойчивое мнение, что именно эти растения образуют в камнях трещины.

DSC00422
Гейхера в парке Хемптон Корт под Лондоном. Снимок сделан авторами записок в мае 2004 года.

Находясь в суровых условиях короткого лета, растения этого семейства обладают ускоренным ритмом прохождения всех сезонных фаз, от появления первых листьев и молодых побегов до образования зрелых плодов и семян.

Все камнеломковые – насекомоопыляемые растения. На севере и в высокогорных районах это является ограничительным фактором опыления, в связи с малым количеством насекомых. Для их привлечения, в процессе эволюции, лепестки приобрели яркие, красные точки, которые указывают местонахождение нектара.

Многие камнеломковые издавна известны человеку, как красиво цветущие растения, некоторые и как лекарственные.

А теперь, вновь вернемся к нашей любимице гейхере, которая является одним из интереснейших растений семейства Камнеломковых.

В нашем Саду, мы стараемся высаживать гейхеру рядом с хостой, что в целом дает неплохую композицию…

Гейхера насчитывает около семидесяти видов. Родиной этого растения является Северная Америка. Получила название в честь немецкого профессора медицины и ботаника И.Г. Гейхера.

Пик популярности гейхер у российских садоводов пришелся на вторую половину нулевых годов. Тогда любители цветов, как и мы в 2004 году, познакомились с этими растениями во всем их многообразии и буквально потеряли голову.

Коллекции гейхер можно было увидеть почти в каждом втором саду. Затем «эпидемия» постепенно пошла на спад, и сейчас гейхеры уже не входят в число садовых фаворитов. У этого «падения с Олимпа» были и объективные, и субъективные причины. Но достоинства гейхер все равно остались при них.

Так выглядит красавица–гейхера в Саду Евгения и Валентины в середине апреля месяца…

Но, главное, путем их гибридизации селекционеры получили колоссальное количество невероятно красивых сортов. Интересно, что, несмотря на отдаленное происхождение, в России гейхеру знают очень давно. Например, гейхера кроваво-красная упоминается в книге «Дачный сад», изданной в Санкт-Петербурге ещё до первой мировой войны.

Чаще всего гейхеры рассматривают в качестве декоративнолистных растений. Действительно, цвет и форма листа — главное их преимущество. При взгляде на кустик гейхеры на ум сразу приходят воланы и рюши: именно такое впечатление производят многочисленные сердцевидные листья с будто бы приукрашенным краем. А богатейшая палитра окрасок открывает широчайшие возможности для использования их в цветниках.

    Еще один взгляд на весеннюю гейхеру…

Гейхеры просто созданы для того, чтобы потакать любым капризам садовых дизайнеров. Цвет листьев у разных сортов варьируется от спокойного зеленого до темно-пурпурного, почти чёрного, включая оттенки желтого, оранжевого, красного, шоколадного. Кайма, контрастные прожилки, штрихи, крап, серебристое напыление — всё это у гейхер имеется в изобилии, благодаря чему в композиции их можно использовать для создания самых неожиданных эффектов.

Культивируются гейхеры как декоративные растения, особенно гейхера кроваво-красная. Ее садовые формы и сорта гибридного происхождения объединяют под названием гейхера гибридная. Размножают гейхеры семенами, делением куста и зелеными черенками.

Майская гейхера, растущая в Саду Евгения и Валентины…

Что немаловажно – кусты гейхеры необходимо ежегодно окучивать, так как их основания разрастаются выше уровня почвы.

Гейхера сохраняет свою изысканную красоту и декоративность, начиная с ранней весны и до наступления холодов, поэтому ее часто используют для посадки на парадных клумбах, центральных дорожках, которые ведут к дому.

При выращивании гейхеры очень важно правильно выбрать место для посадки. Ведь от этого зависит очень многое: и яркость листьев, и цветение, и даже то, насколько долго растение будет радовать вас своей листвой.

Обратите внимание на окраску листа у гейхеры, растущей в Саду Евгения и Валентины…

Рекомендации по этому поводу существенно отличаются между собой. Одни советуют сажать гейхеры на солнце, другие, наоборот, рекомендуют исключительно тень. Вот, например, одна из рекомендаций: «Для разведения гейхеры лучше выбирать хорошо освещенные, защищенные от ветра участки. Растения эти светолюбивы, предпочитают легкие, хорошо удобренные почвы».[2]

Между тем, у нас на Кубани, гейхеры, находясь на солнце, чувствуют себя крайне дискомфортно. В чем же причина? И, по мере приобретения некого агрономического опыта, мы поняли, что многие книги по садовому искусству, пишутся «глядя из Москвы».

Гейхера в Саду Евгения и Валентины в середине апреля…

И в них, как правило, даются рекомендации для средней полосы России. Однако, то, что хорошо для пятьдесят пятой широты (местонахождение Москвы), не всегда хорошо для нашего Сада, находящегося на сорок пятой параллели.

Поэтому мы, в нашем саду Евгения и Валентины, предпочитаем полузатененные участки, на которых солнце бывает только в утренние, либо в вечерние часы.

Также и с подкормкой. Изначально гейхеры росли в горах, где содержание питательных веществ в почве невелико. Поэтому окультуренные сорта не требуют постоянной подкормки.

Баловать гейхеру минеральными удобрениями следует лишь изредка. Однако концентрация должна быть в два раза меньше, чем для других садовых растений. В данном случае лучше «недокормить» гейхеру, чем «перекормить».

Гейхеры, освещенные майским солнышком в Саду Евгения и Валентины…

Заливать ее также не стоит, чтобы не допустить загнивания корней. Как уже говорилось выше, гейхера – растение неприхотливое. Условия, которые необходимы для ее выращивания, довольно просты: это глубокий дренаж, рассеянная тень и водопроницаемая почва.

Декоративность гейхер достигает максимума к четырем-пяти годам, и в этот период, как не печально, их необходимо делить. Иначе начнется усыхание корней и растение сильно ослабеет. Выкопав растение, его следует разделить на две-три части. За сезон желательно несколько раз «припудрить» молодые розетки древесной золой.

Обратите внимание на богатство красок листвы красавицы-гейхеры в Саду Евгения и Валентины…

Для особо любознательных читателей сообщаем, что помимо гейхер, существуют так называемые гейхереллы.

Растение гейхерелла было получено искусственным путем, поэтому его просто невозможно повстречать в природных условиях. Селекционеры, создавшие его, хотели вывести очень красивое растение, идеально подходящее для ландшафтного дизайна. И у них это получилось.

Гибрид гейхерелла является многолетником. Он был выведен в результате скрещивания гейхеры и тиареллы трехлистной, входящей в род Тиарелла, семейства Камнеломковые. Каждый из родителей отдал новому растению частицу своей «души»: тиареллы привнесли более нежное, пышное цветение и форму листьев.

Опыт выращивания гейхереллы у нас крайне мал. Пока это единственный экземпляр, выращиваемый нами в Саду Евгения и Валентины…

Одно огорчает – цветы гейхерелл стерильны. Как и большинство гибридов, это растение образует цветки, но не формирует плодов с семенами. Поэтому, гейхереллу можно размножить двумя способами: черенками и делением корневища, однако ее нельзя вырастить из семян.

Говоря о семействе Камнеломковых, нельзя не упомянуть такое изящное растение, как Астильба. Это одно из немногих цветущих растений, которое очень ценится профессиональными цветоводами и любителями за красоту и неприхотливость. Раскидистые кусты астильбы выглядят эффектно, даже когда не цветут – резные листья украшают сад с весны до поздней осени.

Астильба в Саду Евгения и Валентины в середине июня…

Этот цветок насчитывает порядка тридцати видов. Причем некоторые из них, известны как «ложная спирея» или «ложный козлобородник».

Название растения произошло от слияния двух слов: «а» — без, «стильбе» — блеск. Шотландский ботаник лорд Гамильтон, описывая этот вид растений, отметил, что соцветия и листья у них без блеска.

В русском языке название растения встречается как в форме «астильбе» (не склоняется), так и в форме «астильба». Хотя в некоторых источниках слово «астильбе» рекомендуется использовать в среднем роде, в ботанической литературе его используют в женском роде: например, Астильбе китайская.

DSC00756
Астильба, произрастающая в пригороде Амстердама. Снимок авторов книги.

Астильба — достойный представитель класса многолетних травянистых камнеломковых растений. Ее родина — Китай и Япония. Поэтому, ее сорта, как правило, разделились на две части: Астильба японская и китайская.

Астильба очень декоративное растение. Его перисто-рассеченные блестящие листья весной часто имеют медный оттенок, а крошечные цветы собраны в крупные ажурные метельчатые соцветия.

Данный цветок весьма прекрасно смотрится в ландшафтном дизайне. При этом, растения японского происхождения по высоте достигают до семидесяти сантиметров. У них блестящая, как будто ламинированная, листва зеленого цвета с ажурной формой краев. Невооруженным глазом также видна тонкая паутинка прожилок бордово-красного цвета, пущенная по листьям.

Поэтому, стройные и длинные побеги астильбы со множеством соцветий способны украсить абсолютно любой газон, цветник или берег водоема. Наиболее сочетаемые с Астильбой цветы — это хосты, примулы и ирисы.

Также Астильбу лучше не сажать вблизи больших деревьев, так как они забирают из почвы много питательных веществ. Растение будет чувствовать себя еще лучше, если вы позаботитесь о своевременном и регулярном подкорме грунта разными удобрениями.

Любопытно, что в том же Китае астильбу используют в пищу в качестве приправы к мясным блюдам, и в китайской медицине листья этого растения используют как тонизирующее средство.

В семействе Камнеломковые, также весьма интересно такое растение, как бадан. Его еще называют бергения (Bergenia) – в честь немецкого ботаника Карла Августа фон Бергена.

Бадан толстолистный, цветущий в Саду Евгения и Валентины в конце апреля месяца…

В народе отношение к бадану более простое. Как правило, ни о какой бергении никто не знает, и называют данное растение – «слоновьи уши» из-за схожести мясистых листьев растения с ушками этого животного.

В дикой природе бадан встречается в Средней Азии, на Гималаях, в Афганистане и в Китае. Это удивительное растение может расти на высоте до трех тысяч метров над уровнем моря.

Бадан толстолистный, цветущий в Саду Евгения и Валентины в начале мая месяца…

Обратим также ваше внимание на то, что бадан – это вечнозеленое растение. Много ли таких садовых красавцев вы знаете? Помимо хвойников, мы можем навскидку вспомнить лишь только бадан и барвинок.

Листья у бадана крупные, кожистые, блестящие, вечнозеленые, а осенью ярко-красные. Цветки колокольчатые от белой до красной окраски, диаметром до одного сантиметра, собраны в метельчато-щитовидное соцветие. Растение холодостойкое и зимует без какого-либо укрытия.

Ухаживать за растением достаточно просто — оно неприхотливое. Важно помнить, что бадан погибает на сухой почве, поэтому нужно поддерживать влажность грунта. Поливы — обильные, регулярные. Не рекомендуется убирать нижние листочки, потерявшие красивый вид. Благодаря им растение сохраняет влагу. В крайнем случае, после удаления необходимо уложить мульчу вокруг ствола.

Бадан, растущий в Саду Евгения и Валентины в начале мая. Фото сделано членом Союза дизайнеров России Лилией Горбач, при посещении нашего Сада.

Обычно цветение у нас, на Кубани, выпадает на первую половину мая, все зависит от конкретного вида и сорта. Если вам не нужны семена, можно осторожно обрезать мертвые стрелки, а осенью аккуратно отрывают отмершие листья. Правильный уход и хорошие условия приведут к повторному цветению в конце лета, начале весны. Бадан сильно разрастается, тем самым выживая с территории сорные растения.

Посмотрите – как красив цветок бадана, растущего в нашем Саду…

Особо прекрасны листья баданов. Они имеют разнообразную форму – овальные, сердцевидные, почти полукруглые, с благородным ровным краем. Особый эффект – от весеннего и осеннего окраса листвы баданов. Под действием холодов, она приобретает пурпурные, бронзовые, лиловые или винно-красные оттенки, которые различаются по всей поверхности листа.

Баданы легко приспосабливаются к разным условиям – могут жариться на солнце, становясь более компактными и обильно цветущими, и блаженствовать в тени, наращивая шикарную листву.

В английских «садах под деревьями» баданы, наряду с геранями, купенами, дицентрами, морозниками и зверобоем, создают уютный и естественный нижний ярус.

Бадан не нуждается в регулярных подкормках удобрениями, достаточно единожды после периода цветения внести сильно разведенные комплексные минералы. Чаще не следует, потому что избыток удобрений может привести к ухудшению роста растения. Правда, рядом с хвойными растениями, баданам надо постоянно поддерживать почву с нейтральной реакцией, внося древесную золу.

Если у вас есть желание, то из подобных красных, перезимовавших листьев бадана, вы можете приготовить знаменитый «чигирский чай» …

Но самое главное мы еще не сказали. Бадан – одно из ценнейших лекарственных растений! Его называют таежным чаем, чаем английской королевы и даже русским женьшенем. Говорят, что он находится на втором месте в борьбе с раком. Честно говоря, мы не знаем, какое растение занимает первое место. Да и в столь чудодейственную силу как-то не слишком верится.

В чем же такая уникальная особенность бадана? Дело в том, что он стоит в первом ряду мировых дубителей, поскольку содержание в нем, так называемых танинов, в четыре раза больше, чем в коре дуба! Причем, содержание танинов в сырье, собранном высоко в горах, значительно выше, чем в растениях, собранных в низкогорьях.

Апрель – начало весны, и из поблекших листьев бадана появляются его прекрасные цветы…

Вымоченные в воде и отмытые от дубильных веществ корневища употребляют в пищу, а перезимовавшие, потемневшие листья используют для ароматического чая, который называют «монгольский чай» или «Чигирский чай». Для этого заваривают листья, перезимовавшие под снегом и прошедшие естественную ферментацию.

Бадановый, чигирский, или монгольский, чай издревле употребляет население Сибири и Монголии. Чай этот красивого темно-коричневого цвета с вяжущим вкусом.

Умелое применение таких чаев и напитков — хорошее профилактическое и диетическое средство при возрастных и болезненных состояниях организма.

В первой декаде апреля в Саду Евгения и Валентины появляются нежные цветы бергении…

Напитки из бадана укрепляют стенки сосудов, регулируют артериальное давление. Он обладает бактерицидным, противовоспалительным и кровоостанавливающим действием.

В прежние времена целые деревни занимались заготовкой корневищ и листьев бадана, которые благодаря высокому содержанию в них танинов использовались, как в лечебных целях, так и для дубления кожи и окраски тканей.

Существует предание, согласно которому, жители Сибири и Монголии, должны были оставлять в лесу на развод, каждый десятый корень. Возможно поэтому до сих пор, в лесах этих регионов можно встретить целые заросли этого замечательного растения.

Посмотрите, как здорово смотрится цветок бадана, растущий в Саду Евгения и Валентины…

Вот такие замечательные растения из семейства Камнеломковые произрастают в нашем Саду.

А теперь вновь вернемся к теме знаменитых садов и парков мира, где нам посчастливилось побывать. В тридцать второй главе наших записок мы высказывали свое восхищение итальянской виллой д’Эстэ, которая на протяжении нескольких столетий была примером для подражания многих придворных архитекторов.

Мы уже рассказывали, что виллой восхищались многие монархи. Король Франции Людовик XIV после посещения виллы д’Эстэ, построил Версаль. Посетивший виллу российский император Петр I построил Петергоф.

Однако, если вилла д’Эстэ представляет собою буйство фонтанов, роскошных сооружений и великолепных скульптур, то в данном случае, речь пойдет о достаточно скромном саде.

Этот сад зовут Живерни, и он является одним из самых знаменитых садов в Европе, если не в мире. Сад Живерни, это подлинный шедевр, пиршество цвета и света, воплощение творческой связи между живописью и садоводством. Эдакий эстетический коктейль садового дизайна и знаменитого импрессионизма в пропорции, примерно пятьдесят на пятьдесят.

Скромная улочка, некогда скромной деревушки. Большая часть движущихся людей – туристы, желающие воочию лицезреть Сад Живерни…

Однако, здесь есть и третья составляющая: сад Живерни – как бизнес. В то время, как в знаменитом парке Сисингхерст (графство Кент, Англия), размеры которого в четыре раза больше, двести тысяч посетителей в год считается большой цифрой, то в эту маленькую нормандскую деревушку ежегодно прибывает полмиллиона людей.

Привлекает большинство этих людей, на наш взгляд, не только сам сад, но и личность выдающегося человека, основоположника импрессионизма Клода-Оскара Моне. Наш собственный интерес к этому месту возник шестнадцать лет назад, когда мы поехали на выставку цветов в Челси. Тогда же, мы побывали и в Лондонской национальной галерее. Там мы увидели одно из полотен Клода Моне с водными лилиями и были просто загипнотизированы ими.

Клод-Оскар Моне - Пруд с водяными лилиями. Часть 2 Национальная галерея
Клод Моне. «Пруд с водными лилиями». 1899 год. Лондонская национальная галерея.

Когда мы узнали о привязанности художника к своему Саду и о том, что он постоянно рисовал его на протяжении нескольких десятилетий, мы также пали жертвой чар сильнодействующей комбинации живописи, садового дизайна и яркой личности.

В нашей семейной библиотеке было несколько книг, посвященных творчеству импрессионистов, и, в частности, Клоду Моне, мы видели бесчисленное количество картин, посвященных Саду Живерни, но неоднократно упускали возможность побывать в этом месте. И, лишь в октябре прошлого года, наша мечта сбылась, и мы побывали в знаменитом Саду Живерни. При этом, билеты мы приобретали заранее, на конкретный день и час!

В 2008 году была выпущена в свет знаменитая книга «1001 сад, который нужно увидеть». Из тысячи садов, описываемых в книге, авторы издания предпочли вынести на обложку именно фрагмент Сада Живерни…

Перед тем, как восхитится Садом Живерни, давайте вспомним о великом художнике-импрессионисте.

Оскар Клод Моне родился 14 ноября 1840 года в Париже. Он был вторым ребенком у бакалейщика Клода Огюста Моне и Луизы Жюстины. Когда мальчику было пять лет, семья переехала в Нормандию, в Гавр. Отец хотел, чтобы Клод стал бакалейщиком и продолжил семейное дело. Юность Моне, как он сам отмечал впоследствии, по существу, была юностью бродяги. Он проводил больше времени в воде и на скалах, чем в классе. Школа ему, по натуре недисциплинированному, всегда казалась тюрьмой.

Он развлекался, разрисовывая голубые обложки тетрадей, и использовал их для портретов своих учителей, сделанных в весьма непочтительной, карикатурной манере, и в этой забаве вскоре достиг совершенства. В пятнадцать лет Моне был известен всему Гавру, как карикатурист. Он настолько упрочил свою репутацию, что со всех сторон его осаждали просьбами сделать карикатурные портреты.

Изобилие подобных заказов и недостаточная щедрость родителей внушили ему смелое решение, которое шокировало его семью: за свои портреты Моне стал брать деньги, и таким образом он скопил около двух тысяч франков.

Книга о великом импрессионисте Клоде Моне. В ней приводятся любопытные материалы о создании знаменитого Сада в деревушке Живерни.[3]

Приобретя этим путем некоторую известность, Моне вскоре стал достаточно известной личностью в городе. В витрине единственной лавки художественных принадлежностей гордо красовались его карикатуры, выставленные по пять-шесть в ряд, и, когда он видел, как перед ними в восхищении толпятся зеваки, он испытывал чувство неимоверной гордости.

Моне объявил отцу, что желает стать художником и поедет учиться в Париж. Отец Моне колебался по этому поводу, и здесь решающее слово сказала мадам Лекадр, тетка Моне, которая сама немного рисовала и разрешила племяннику в свободное время работать в её мастерской.

Моне поступил в университет на факультет искусств, но быстро разочаровался в царившем там подходе к живописи. Покинув учебное заведение, он вскоре поступил в студию живописи, которую организовал Шарль Глейр. В студии он познакомился с такими художниками, как Огюст Ренуар, Альфред Сислей и Фредерик Базиль. Они были практически сверстниками, придерживались схожих взглядов на искусство и вскоре составили костяк группы импрессионистов.

Известность Моне принёс портрет Камиллы Донсье, написанный в 1866 году – «Камилла, или портрет дамы в зелёном платье». «Камилла» снискала благосклонность, как зрителей, так и жюри. Даже Эмиль Золя, посетивший этот Салон, оставил этой картине положительный отзыв.

Взято из открытого источника.
Клод Моне. Камилла, или портрет дамы в зеленом платье. 1866 год.

И, может быть благодаря успеху картины, Камилла 28 июня 1870 года становится женой художника. У них родилось двое сыновей: Жан и Мишель. Это счастье было относительно недолгим, ибо пятого сентября 1879 года, Камилла Моне умирает от злокачественной болезни, в возрасте всего лишь тридцати двух лет.

Художник переживает не только личную трагедию. Достаточно много его современников продолжают оголтелую критику импрессионизма в целом, и Клода Моне в частности. И. если вы думаете, что импрессионистов ругали только в СССР пятидесятых годах прошлого века, о чем мы писали в тридцать пятой главе наших записок, то это не совсем так. Вот доля критики от современника, графика Берталля:

«Как нам стало известно, на улице Ла-Пелетье открылась психиатрическая лечебница. Принимают сюда в основном художников.

Безумие их неопасно: они просто макают кисти в самые кричащие и не совместимые друг с другом краски и водят, как бог на душу положит, ими по белому холсту, чтобы затем, не считаясь с затратами, заключить готовый труд в великолепную раму.

Вот, например, господин Моне, прекрасно знает, что не бывает деревьев того ярко-желтого оттенка, какими он изобразил их на своем «Ручье в Аржантее». Он понимает, что «Дорога в Эпинее под снегопадом» никогда в действительности не могла выглядеть, как шерстяной коврик, сотканный из белых, синих и зеленых нитей. Его не надо убеждать в том, что «Речной берег в Аржантее» не может походить на пестрое вязанье шерстью и хлопком. Но это не помешало ему именно подобным образом представить нам свое впечатление…».[4]

Однако, несмотря на отсутствие понимания, что «дорога не может выглядеть, как шерстяной коврик», картины Клода Моне постепенно начинают распродаваться. В 1880 — 1881 годах к нему обратился известный торговец картинами Дюран Рюэль, с предложением постоянно заниматься покупкой и продажей его произведений, после чего дела Моне стремительно пошли в гору.

План Сада Живерни. Верхние и нижний участки, к сожалению, разделяет дорога, которую сегодня можно пересечь по подземному переходу (слева, внизу).

В 1892 году Моне женится во второй раз, на Алисе Ошеде (1844– 1911). Алисе тогда было уже сорок восемь лет. Ещё до этого Алиса помогала художнику вести хозяйство и воспитывать детей от первого брака.

Постепенно пришел достаток и желание приобрести дом и садовый участок.

Говорят, что деревенька Живерни для Клода Моне, была как любовь с первого взгляда. Когда знаменитый импрессионист проезжал на поезде мимо Живерни, он был потрясен роскошной зеленью этой местности. Художник понял, что проведет здесь остаток жизни. Именно Живерни стала главным местом для вдохновения живописца.

Дом-музей Клода Моне
Знаменитый дом Художника в Саду Живерни…

Здесь, в 1883 году, на ферме Мезон дю Прессуа и поселился великий художник. Пока он проживал на правах аренды дома и участка, а в 1890 году сумел выкупить это поместье.

«Живерни, через Вернон, в Эре» — этот адрес вскоре появился на почтовой бумаге Моне. Действительно, в то время о существовании деревни знали только жители города. Это сегодня ситуация выглядит диаметрально противоположной: лишь благодаря деревне Живерни весь мир узнал о соседнем городке Вернон.

Когда Моне приехал в Мезон дю Прессуа в Живерни, это место представляло собой ферму по производству сидра, перед домом был разбит фруктовый сад, от которого шла центральная дорожка, ведущая к узкой проезжей дороге (теперь это большая главная дорога), обрамленная с двух сторон елями, тисами и самшитом.

За чередой металлических арок центральной аллеи, мы видим знаменитый дом Художника в Саду Живерни Снимок авторов записок.

Моне собирался убрать деревья, но его жена Алиса воспротивилась этому: тисовые деревья сохранились до сих пор, а ели были срублены, и на их место в 1920 году, уже после смерти Алисы, установили металлические арки.

Практически, на протяжении всей своей жизни, Клод Моне развивает бурную деятельность, переделывая купленные угодья и выкупая близлежащие земли. Он перестраивает дом и разбивает новый сад. А в довершении, хотя и после бюрократических проволочек, вырывает пруд. Правда, чтобы попасть к пруду, надо было пересечь дорогу, разделяющие верхний и нижний участки. Сегодня это можно сделать через специально построенный подземный переход.

Как всякий правоверный мусульманин стремиться посетить Мекку, так и каждый садовод мечтает побывать в саду Живерни. Нам это удалось, и мы счастливы…

В 1885 году, через озеро будет перекинут известный всем ценителям творчества великого мастера, японский мостик, получивший отражение во многих произведениях Моне.

Мир водной глади с цветами становится его главной темой в поздних работах. Сюжет с водяными лилиями, которые Моне называл пейзажами-отражениями, была неизменной на протяжении всех этих лет.

Один и тот же пейзаж художник писал в различных вариантах более двухсот раз, обращаясь к этой теме вновь и вновь. В 1898−1908 годах он написал серию картин с изображением воды, мостика и цветов, которая затем была выставлена в парижской галерее Дюран-Рюэля в 1909 году.

В Саду Живерни множество туристов, и каждый стремится запечатлеть себя на знаменитом японском мостике…

Интерес к полотнам художника неизменно возрастал на протяжении свыше ста лет. Достаточно сказать, что одна из его знаменитых картин «Водяные лилии» в 2015 году стала главным лотом аукционного дома Сотбис и была продана за рекордную сумму в пятьдесят четыре миллиона долларов.

Обустраивал дом Моне лично сам по своему вкусу, желанию, отдаваясь целиком творческому замыслу. Все комнаты в доме оформлены под его руководством, в ярких тоннах, которым он всегда отдавал предпочтенье. Пожалуй, самой запоминающейся частью музея, является столовая комната, оформленная в интенсивно-насыщенном желтом оттенке и декорированная прекрасными японскими гравюрами, представляющими особую ценность.

В доме Художника множество картин. Снимок авторов записок.

Все годы своей жизни художник, с завидным постоянством, менял облик дома. Возможно, следуя каким-то своим внутренним творческим порывам, он перекрашивал стены, двери, фасады в яркие желто-зеленые цвета своего настроения. Кроме того, Моне с невероятной страстью, ухаживал за садом, где помимо него неустанно трудились нанятые садовники.

Всю свою жизнь Моне собирал коллекцию, увлекаясь восточной культурой, это его пристрастие четко прослеживается в убранстве всего дома. Почти повсеместно, продвигаясь по многочисленным комнатам можно увидеть роскошные предметы в японском стиле.

Сад Живерни, «заглядывающий» в уютный дом Клода Моне. Снимок авторов записок.

В музее хранится огромное количество вещей, принадлежащих непосредственно Клоду Моне, его личные вещи, предметы обихода, кухонные принадлежности, мебель и ковры.

В свое время было отдано много сил и средств, для проведения тщательной реставрации жилища великого художника. Например, столовая была восстановлена с той точностью, какой она была во времена жизни здесь Клода Моне.

Туристический маршрут пролегает и через кухню великого импрессиониста. Самые любопытные могут заглянуть и в кастрюлю художника…

На желтых стенах можно полюбоваться коллекцией японских картин. Мебель, также окрашенная в желтый цвет, в то время считалась очень современной. В стеклянных шкафах выставлена голубая глиняная посуда и желто-синий набор, заказанный Моне для особых случаев. На кухне с голубой руанской плиткой расположена впечатляющая плита с несколькими духовками и медной посудой, которая, кажется, ждет возвращения своих хозяев.

Личные покои мастера украшают картины, принесенные в качестве подарков его близкими друзьями, среди них выдающиеся личности художники импрессионисты: Ренуар, Сезанн и Писсарро.

В столовой Художника. Справа мы видим знаменитые японские гравюры…

В усадьбе оборудовано три мастерские, они предназначались для занятий живописью, но только одна была особо дорога Моне, в ней он проводил больше всего времени. Здесь он хранил свои самые любимые картины, не предназначенные для распродаж.

В настоящее время самих картин, написанных Моне, здесь нет, на стенах и в мольбертах находятся только копии. Сами же оригиналы можно увидеть, посетив музеи Парижа. Самые интересные работы находятся в музеях Орсэ и Мармоттан-Моне.

Здесь, в Живерни, были написаны многие известнейшие полотна Клода Моне, например, такие блистательные шедевры, как «Лодка» 1887 года, «Водяные лилии» 1897-1898 года, «Японский мостик» 1919 года и конечно же известная на весь мир картина «Пруд с кувшинками» 1899 года.

Вид из окна дома на верхний сад. Среди деревьев скрывается дорога, а за нею находится нижний, водный сад со знаменитыми кувшинками. Слева – арки центральной аллеи, увитые растениями. Снимок авторов записок.

Кроме того, великий импрессионист написал не одну серию гениальных произведений с изображениями природы, это и стога сена, тополя в разные времена года, Руанский собор, набережные Сены. Большинство его картин имеют в наши дни самую высокую цену и расцвет его творчества относится именно к периоду жизни Клода Моне в Живерни.

На протяжении долгого времени сад являлся основным источником, где Моне черпал свои силы для творчества. За сорок три года, прожитые в Живерни, мастером были написаны не одна сотня полотен, изображающих всю красоту сада, в особом, только присущем его неподражаемому письму, японском стиле.

Октябрьское безумие красок в одном из уголков «верхнего» Сада Клода Моне в Живерни. Снимок авторов записок.

С особой любовью он рисовал плакучие ивы, белые кувшинки на зеркальной воде, деревянные мостики, перекинутые с берега на берег, под тенью раскидистых ветвей. Среди этого богатства красок природы он написал известнейший цикл картин – «Кувшинки».

Клод Моне провел в своем Саду более сорока лет. Это были годы, когда его живопись перетекала сначала на пространство его Сада, а затем с него вновь на полотна Мастера. Сад, созданный художником по живописным законам, нередко в нарушение привычных правил садоустройства, производит на всех незабываемое впечатление. К чему, собственно, и стремился импрессионист, всем своим творчеством бросавший вызов общепринятым канонам искусства.

Уголок «верхнего» Сада Клода Моне в Живерни. Снимок авторов записок.

Французский государственный деятель Жорж Клемансо, с которым художник поддерживал добрые отношения, как-то отметил: «С удивительной тонкостью художник света переделал природу таким образом, чтобы она помогала ему в творчестве. Сад был продолжением мастерской. Со всех сторон вас окружает буйство красок, что является хорошей гимнастикой для глаз. Взгляд перескакивает с одного на другое, и от постоянно сменяющих друг друга оттенков зрительных образов».

Как мы уже отмечали, Сад разделен дорогой на две части. Верхний сад, примыкающий к дому, сначала был единственный. Именно с него художник начал масштабно реализовывать свою страсть к садоводству.

На первый взгляд он кажется сумбурным и нелогичным. Хотя, пожалуй, так оно и есть. Но уж в живописи Клоду Моне отказать никак нельзя. Все пространство сада покрыто цветами, словно мазками его вдохновенной кисти.

Краски Сада Клода Моне в Живерни в середине октября. Снимок авторов записок.

Оправившись от замешательства, произведенного взрывом ярких красок, взгляд начинает различать структуру посадок, и – снова удивление. Ведь сад просто, как ученическая тетрадь, расчерчен сеткой прямых дорожек. Вскоре после начала освоения участка, Моне разбил вдоль дорожек приподнятые цветники, так, чтобы эффективнее подчеркнуть высоту и расцветку растений.

Тридцать восемь грядок – «набор акварелей», расположены парами и подобраны по цветовой гамме так, что они имитируют цветы палитры Моне. Каждая из этих маленьких грядок смотрится несколько хаотично, но в целом все маленькие цветнички оказываются взаимосвязаны между собой, сливаясь в гармоничное зрелище, подобно слаженным действиям оркестра или картине, написанной рукой Клода Моне. Поверху грядки объединены металлическими рамами, служащими опорой для клематисов и роз.

Октябрьский багрянец осени в Саду Клода Моне в Живерни. Снимок авторов записок.

Везде присутствует фирменный «зеленый цвет Моне» — на металлических конструкциях, цепочках, ограждающих дорожки, столбиках, табличках, на самом доме и воротах. Когда смотришь на всю эту зелень, возникает какой-то визуальный резонанс – даже знание о том, что все это делается в первую очередь чтобы сохранить бренд, а не для того, чтобы украсить сад, не умаляет этого ощущения.

Крокосмия сорта «Люцифер», лилия, лилейники, манжетка, вербейник – все растения разных оттенков желтого посажены здесь для того, чтобы поймать свет заходящего солнца и сделать его интенсивнее. Кроме этого, Моне любил сажать яркие цветы на солнечной стороне, а цветы холодных оттенков – в тени, дабы сделать их цвет насыщеннее.

Октябрьское половодье цветов в Саду Клода Моне в Живерни. Снимок авторов записок.

Действительно, этот сад полностью завязан на цвете. Без него он просто не может существовать – нецветущие многолетники с таким же успехом могли бы быть здесь заменены на овощи или злаки. Без цветения, особенности и детали ассортимента, становятся уже несущественными.

Что интересно – никаких диковинных растений в саду Моне мы не нашли. Наличествуют самые простые, нетребовательные и доступные. Правда, это по нашим современным меркам. Сам Клод Моне собирал растения для воплощения своих фантазий, изучая цветочные каталоги, вникая в тонкости садоводства, не жалея средств на приобретение новинок и ухода за посадками. Наверняка, более ста лет назад, в его саду проходили «испытания» самые разнообразные экзоты, одни из которых ныне известны всем, а другие так и не пожелали остаться на чужбине. Но история сохранила нам живописное наследство художника-садовода.

Знаменитый японский сад Клода Моне в Живерни (нижний сад). Если присмотреться, то вдали виднеются окна дома Моне в верхнем саду. Снимок авторов записок.

Однако, продолжим наше путешествие под знаменитому саду. Если вы пересечете дорогу (либо пройдете под ней через специально построенный подземный переход), то вы окажетесь у пруда со знаменитыми лилиями (кувшинками, нимфеями – кому как угодно!).

Этот пруд и его лилии прекрасны сами по себе, а для нас они еще являются и завораживающими воспоминаниями, когда мы впервые познакомились с картинами Моне в книгах и журналах, а потом и в Лондонской национальной галерее.

Здесь не следует забывать и то обстоятельство, что Клод Моне, впрочем, как и иные импрессионисты, примерно до 60-х годов прошлого века, были запрещены в СССР.

Один из уголков нижнего сада. Снимок авторов записок.

Нижний сад совсем непохож на верхний. В нем Клод Моне реализовал свои впечатления, навеянные изящными японскими гравюрами. В путеводителе он заявлен, как японский сад. Известно, что при создании этого участка, Клоду Моне даже помогал садовник из Японии.

Однако здесь не видно никаких ярких атрибутов, указывающих на стилевую принадлежность сада. Впечатление поддерживается только горбатым мостиком, бамбуковой рощицей, несколькими веерными кленами и алыми сполохами цветущих азалий.

По своей сути – это водный сад. Он устроен на болотистом участке, претерпевшем ради искусства серьезные гидротехнические преобразования. В результате получился вытянутый пруд с естественными очертаниями, засаженный по берегам разнообразными растениями от высоких плакучих ив до скромных незабудок.

Японский мостик по-прежнему пользуется неизменной популярностью у туристов из многих стран мира. Снимок авторов записок.

В момент нашего посещения, в пруду знаменитого сада, мы лицезрели не менее знаменитые кувшинки, которые стали визитной карточкой Клода Моне.

Те самые кувшинки, про которые он писал так: «Я сажал их ради удовольствия, даже не помышляя, что буду их писать. И вдруг неожиданно ко мне пришло откровение моего сказочного чудесного пруда. Я взял палитру, и с того самого времени у меня уже почти не было никогда другой модели».

Усадьба и живые картины Клода Моне в Живерни, фото № 16
Клод Моне. Японский мостик. Мостик в саду Моне. 1896 год.

Те самые кувшинки, которые через полсотни лет, в далекой стране, называемой СССР, будут признаны «результатом начавшегося разложения буржуазной культуры и разрыва ее с прогрессивными национальными традициями»[5].

Те самые кувшинки, которые безусловно враждебны принципам социалистического реализма и являются одним из последних прибежищ формализма, а также выражением буржуазных тенденций.

Видели ли мы знаменитые кувшинки, вдохновлявшие на великие произведения импрессиониста Клода Моне? Да, видели! И этот снимок, сделанный нами, тому подтверждение…

Те самые кувшинки, которые поломали судьбы многим молодым советским художникам, которые восторгались Клодом Моне и его коллегами-импрессионистами, и пытались творить несколько иначе, нежели это предписывали постулаты социалистического реализма.

Вот такие грустные размышления…

Клод Моне смог дожить до того времени, когда на карте мира появится страна, под названием Советский Союз. Страна, где появятся самые радикальные критики его искусства, и где его уникальные произведения будут храниться исключительно в запасниках музеев. В этот период он уже жил один, поскольку его вторая супруга Алиса Моне ушла из жизни в мае 1911 года.

Великий импрессионист Клод Моне ушел более девяносто лет назад. Однако прекрасные кувшинки в его Саду продолжают хранить память о великом Мастере…

Жизнь в Саду продолжалась. После того, как Моне исполнилось восемьдесят лет, он подписал акт дарения многих своих картин государству. Вскоре, у художника обнаружили неизлечимую болезнь легкого.

И утром, в воскресенье пятого декабря 1926 года, великого Мастера не стало.

Перед смертью Моне потребовал: «Похороните меня как обычного местного жителя. И пусть за моим гробом идут только свои – вы, мои близкие. Не хочу заставлять друзей печалиться, провожая меня в последний путь. Главное, запомните – не надо ни цветов, ни венков. Это все пустая суета. Да и жалко мне губить цветы. Им место в саду».[6]

Одинокая лодка в саду импрессиониста Клода Моне…

Итак, великого импрессиониста Клода Моне не стало. В наших записках мы уже касались вопросов печальной судьбы садов, после ухода их владельцев. Мы упоминали китайский «Сад скромного чиновника», который проиграли в карты на следующий день после ухода его владельца.

Мы говорили о грустной судьбе французского сада Альбера Кана, после мирового экономического кризиса 1929 года.

Не избежал этой печальной участи и сад Клода Моне в Живерни. После кончины мастера, все имущество, включая дом в Живерни, легендарный сад, полотна и богатейшее собрание японских гравюр наследует единственный наследник — его сын Мишель.

Но у Мишеля свои интересы, его увлекают африканские страны и охотничьи поездки по сафари. Поэтому усадьба постепенно начинает приходить в негодность, а сад теряет свою былую красоту и изысканность. Постепенно все приходит в упадок.

Проходит время, Мишель погибает в автомобильной катастрофе. Иных наследников нет, и особняк переходит под опеку Академии изящных искусств. К сожалению, ее скудных средств, не хватает, чтобы полностью вернуть величие и красоту усадьбе.

Тогда Академия обращается к меценатам Франции, с просьбой о помощи. За три с половиной года, на собранные средства удалось реставрировать дом, мастерские, восстановить интерьер, очистить пруд и заново отстроить Японский мостик.

В 1980 году усадьба открыла свои двери посетителям и, буквально за короткий срок, стала любима многими туристами всего света. Прекраснейший дом в Живерни получает статус исторического памятника и становится музеем Клода Моне. Весь его вид и внутреннее убранство сохранилось в первозданном виде и несет атмосферу времен, когда жил и работал величайший художник.

Работа по поддержанию порядка сада в Живерни ведется постоянно…

В настоящее время за садом в Живерни ухаживает специально созданный Фонд Клода Моне. Сам дом и весь дивный сад, даже самый его потаенный уголок, сохраняется в неизменном виде.

Что мы и увидели, посетив это легендарное место в октябре 2019 года. Тогда мир еще не догадывался о тех испытаниях, которые ему предстоит пережить в предстоящем тревожном 2020 году…

Что касается будущей, тридцать девятой главы, то она будет посвящена великолепному семейству – Крыжовниковые и простой человеческой радости, испытываемой при приготовлении и потреблении варенья. Она будет называться: «Семейство двадцать восьмое – Крыжовниковые, или молодость в сиропе…».


[1] Жизнь растений. В шести томах. Том пятый, часть вторая. Семейство камнеломковые. – М.: Просвещение. 1981. С. 159.

[2] Жизнь растений. Новейшая ботаническая энциклопедия. – М.: Издательство Эксмо, 2004. С. 200.

[3] В серии «Жизнь замечательных людей» была издана книга «Клод Моне», написанная Мишелем де Декером. В ней весьма увлекательно изложен творческий путь великого художника. Книга была издана в 2007 году издательством «Молодая гвардия». Кому интересно – рекомендуем почитать.

[4] Мишель де Декер. Клод Моне. – М.: Молодая гвардия, 2007. С. 72.

[5] Выдержка из статьи «Импрессионизм» в большой советской энциклопедии. Второе издание. Том 17. — М. 1952. С. 594.

[6] Мишель де Декер. Клод Моне. – М.: Молодая гвардия, 2007. С. 288.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВОСЬМАЯ: 8 комментариев

  1. Спасибо большое за ваш чудесный блог.
    Нашли случайно, теперь читаем вместе с сестрой 🙂

    1. Спасибо огромное. Нам приятно ваше внимание. Сейчас пытаемся написать главу о крыжовнике и влиянии варенья на жизнь русского человека.

    1. Сад резко отличается от многих иных — классических, поскольку художник «разбрасывал краски» по своему участку. Для него были важны цвет, колор и их сочетание.Живопись Моне всегда вызывала многочисленные споры. Таким же спорным оказался и его Сад. Поэтому и может появиться чувство неухоженности. Посмотрите его серию картин о Руанском соборе — ведь там также присутствуют зыбкие, дрожащие в воздухе, где то «неухоженные» цветосочетания. И в этом весь Клод Моне…

  2. Читаю с удовольствием каждую вашу главу, особенно интересно читать про истории жизни и уклада из прошлого. Нахожу много нового и интересного для себя.
    Подскажите, почему в начале повествования про сад вы его называете «Сад Живерни», а в концу уже «Сад Клода Моне в Живерни»?

    1. Уважаемый Сергей! Спасибо за комментарий. Что касается терминов, то все эти словосочетания являются синонимами. При написании главы мы применяли их по мере развития сюжета.

  3. Спасибо за прекрасный рассказ о чудесном художнике, о чудесном саде. Впечатление, что и сама с вами там побывала и все посмотрела. Желаю вам сил и здоровья для дальнейших путешествий и написания замечательных книг.

    1. Уважаемая Ольга! Ваши добрые пожелания приятны нашему сердцу. Взаимно желаем Вам доброго здоровья в это непростое время. Пусть все будет хорошо!

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован.