ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ТРЕТЬЯ

Семейство двадцать второе – Монтиевые, или о зарубежном кино 50-х годов…

Хочешь стать счастливым –

стань садовником!               

Китайская пословица

Монтиевые. Еще совсем недавно, мы не знали о существовании такого семейства. Но, примерно полгода назад, мы приобрели горшочек с красивым растением. Назывался цветок – левизия, и относился он к семейству Монтиевые, порядок – Гвоздичноцветные.

Как выяснилось нами позже, о существовании такого растения и такого семейства, не знал в прошлом веке и наш старый, добрый многотомник «Жизнь растений». Всезнающий Интернет утверждает, что левизия ранее относилась к семейству Портулаковые. Однако, наш уважаемый многотомник прошлого века, при описании этого семейства, про левизию не упоминает ни слова. Вот такая, таинственная особа, эта левизия, о которой несколько десятилетий назад, никто и не ведал. По крайней мере, в советской литературе.

В природе левизия встречается в западной части Северной Америки. Род назван в честь исследователя этого края М. Льюиса, нашедшего эти растения в 1806 году. В описаниях говорится, что растения обитают на довольно больших высотах (в зависимости от вида) — от 800 до 4000 метров над уровнем моря и предпочитают каменистые почвы.

В садовой классификации растения разделяют на две группы: с вечнозелеными листьями и с отмирающей на зиму надземной частью. Растения первой группы критичнее к влаге, более подвержены загниванию, но декоративнее, растения же второй группы – более неприхотливые.

Левизия, которую мы культивируем, как комнатное растение…

В садовой литературе левизии предлагают выращивать на альпийских горках. Однако, специалисты тут же обращают внимание на капризность этого растения — без дренажа они быстро выпреют от избытка влаги в почве, а в окружении пышных цветов будут неумолимо задавлены более сильными и мощными соседями.

В благоприятных же условиях левизии могут жить десятилетиями, известны и сорокалетние, и более почтенного возраста экземпляры. Честно говоря, мы еще окончательно не определились, что мы будем в дальнейшем делать с этой самой левизией. Мы ее приобретали для альпийской горки! Однако, возможно, мы будем культивировать ее, как комнатное растение.

Конечно, описание семейства Монтиевых, у нас получилось весьма и весьма кратким. Информации о нем крайне немного, да и фотографиями мы похвастаться не можем. Сколько не фотографируй наш единственный горшочек с разных ракурсов, содержательная сторона от этого, не улучшится.

Левизия, в Саду Евгения и Валентины…

Пожалуй, только время, может дать нам новую информацию об этом семействе!

А теперь вновь перейдем к воспоминаниям нашего детства. Вновь о кино. Но теперь уже – о зарубежном, которое вдруг, после войны, заполонило экраны кинотеатров нашей страны.

Действительно, после Победы, требования к советской культуре становились все строже. Это относилось и к фильмам – идеологическая и моральная чистота которых, должна была соблюдаться неукоснительно. Страна начала беспощадно бороться с космополитами и костерила идеологически невыдержанную культуру США.

И на этом фоне, вдруг появились, так называемые «трофейные» фильмы. Мелодрамы, приключения, фантастику-экзотику, музкомедии, которые любой советский редакционный совет зарубил бы как «безыдейные», с восторгом смотрят миллионы советских зрителей.

В чем же причина? А дело в том, что расположенная под Потсдамом крупнейшая европейская кинокомпания UFA в Бабельсберге оказалась в советской зоне влияния. Кроме полной немецкой фильмотеки там хранилось много западных лент последних лет — в кинотеатрах они не шли, но их в своем кругу смотрело гитлеровское руководство.

Говорят, что соавторами идеи «трофейного проката» были министр кинематографии Большаков и глава Минфина Зверев. Ведь чуть ли не все мировое кино Советскому Союзу досталось даром. Если умело распорядиться этим активом, то затраты на субтитры или дубляж – будут мизерные, а кассовый сбор предполагался колоссальный!

И, совсем не прагматичный в вопросах идеологии, вождь соглашается выпустить буржуазную продукцию на советский экран.

Ну а с другой стороны – куда было деваться, если учесть, что водка и кинематограф составляли существенный источник поступления денег в государственную казну? Ведь после войны пришлось восстанавливать хозяйство, помогать Болгариям-Румыниям, финансировать создание ядерной бомбы и создавать ядерный щит державы.

В этих условиях до минимума было сокращено собственное кинопроизводство – на огромнейшую страну выпускался десяток лент в год, из которых жанровые, практически отсутствовали. Упор делался на фильмы, восхваляющие Сталина и о демократически мыслящих русских людях прошлого века.

Итак, решение о «низкопробных» фильмах было принято, и они хлынули на советский экран. Мы это прекрасно запомнили, ибо многие из них, явились картинами нашего послевоенного детства!

Обращались с этими лентами достаточно бесцеремонно. Самое начало фильма — где шло название, авторы и исполнители – элементарно отрезают. Вместо них следует монументальная заставка: «Этот фильм взят в качестве трофея после разгрома советской армии немецко-фашистских войск под Берлином в 1945 году».

Каждый житель СССР осуждал низкопробное западное кино. Затем, отложив журнал, он шел в кинотеатр, где с придыханием смотрел абсолютно идеологически невыдержанную «Девушку…». «Крокодил», № 04 – 1954 год.

Дублирование и выпуск в прокат этих фильмов продолжались, пожалуй, около пятнадцати лет. Особенно яркое впечатление в нашей детской памяти остались фильмы «Девушка моей мечты», «Тарзан» и «Серенада солнечной долины», о которых мы и расскажем в своем повествовании.

Первой, на экраны страны, вышла картина «Девушка моей мечты». Эта музыкальная комедия была одним из самых дорогих фильмов, снятых в нацистской Германии. Фильм, выпущенный на экран в конце 1944 года, когда Третьему рейху оставалось существовать чуть более полугода, был исключительно популярным, и, чтобы его посмотреть, выстраивались очереди, а то и случалась давка.

При этом фильм был абсолютно «невинным», не содержал в себе никакой нацистской пропаганды, что и позволило ему попасть в число «трофейных» фильмов, показанных в СССР после окончания войны.

Постер фильма
Немецкая афиша фильма «Девушка моей мечты», со знаменитой Марикой Рёкк, получившего огромный успех не только в Германии, но и среди жителей послевоенного Советского Союза…

Главная героиня, звезда варьете Юлия Кестер, скрываясь от поклонников, спектаклей и контрактов, случайно оказывается на глухом полустанке, где ведутся строительные работы. Здесь она знакомится с молодым инженером, который влюбляется в нее. Но все, к сожалению, меняется, когда он узнает о ее профессии.

Вот такой нехитрый сюжет. Сама картина снималась на одной из лучших европейских киностудий того времени – пражской «Баррандов-фильм».

Фильм «Die Frau meiner Traume» стал настоящим хитом советского кинопроката — этот фильм крутили во всех кинотеатрах страны.

Девушка моей мечты
Начальные кадры фильма, где знаменитая Марика Рёкк, играет даму, живущую в районе порта…

Фильм нравился Сталину, который, очевидно, понимал, что это именно то, что нужно советским людям. Да и никто не обращал внимания на немецкий язык – примитивных титров было более чем достаточно, дабы понять нехитрую канву сюжета.

Вдумайтесь — полстраны лежит в руинах, в числе погибших, только по официальным данным, числится более двадцати миллионов человек, в стране голодно (в 46-ом был неурожай), а на экране кинотеатров — прекрасная музыка, горные пейзажи, танцы, прекрасная Марика Рёкк…

В фильме — ни намека на войну — сладкая история про красотку-певунью и ее ухажеров. В каждом кадре лоснятся немецкие бюргеры. Кинодива Марика Рёкк без конца меняет наряды, напевая «In der Nacht ist der Mensch nicht gem alleine» — «По ночам никто не хочет быть один». Это ли не «чуждые нам картины их жизни и их нравов»?

Как только не резали эту сцену купания в бочке советские цензоры всех мастей…

Однако, народ-победитель на фрицевскую киносказку просто ломится. Старшеклассницы повторяют приговор героини незадачливому кавалеру: «вы глупы и теперь», а манера баварской красотки завязывать платок спереди, теперь всесоюзная мода.

Газеты пытаются было дать отпор: мол, дешевка! Ну а смысл? Ни публика своих вкусов не устыдится, ни создатели критику не учтут.

Областные прокатчики обычно режут купание Рёкк в бочке — там видны ее голые плечи, и часть феерического канкана с чечеткой на роскошной лестнице, когда платье поднято уже совсем. Слухи «самое-самое-то вырезали» сопровождают как этот фильм, так почти и все иностранные фильмы в дальнейшем.

«Девушка» была востребована в прокате, примерно до 1960 года. А потом, о ней стали потихоньку забывать. Да и советские киностудии уже утолили первичный голод на идеологически правильные фильмы про «комсомольцев-добровольцев».

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/ru/thumb/f/f9/Devushka_moej_mechty_1944.jpg/240px-Devushka_moej_mechty_1944.jpg
По сюжету фильма, звезда эстрадных мюзиклов Юлия Кёстер, которую играет знаменитая Марика Рёкк, ссорится со своим импресарио, бросает театр и уезжает на поезде…

И вдруг, в начале семидесятых годов, к фильму приходит вторая популярность, благодаря тому что он упоминается в шестой серии киносериала «Семнадцать мгновений весны». Неподражаемый голос Ефима Захаровича Копеляна за кадром информирует зрителей о следующем:

«Эту картину, под названием «Девушка моей мечты» Штирлиц смотрел в шестой раз. Он ненавидел эту картину. Он уже не мог смотреть на Марику Рёкк и слушать эту музыку. Разумеется, такие вещи не принимаются во внимание. В этом кинотеатре он регулярно встречался с дипкурьером, по фамилии Свенсон. Дипкурьер Свенсон курсировал между Берлином и Стокгольмом…».

Мы, в процессе написания этого материала, несколько раз просмотрели вышеуказанный фрагмент, и посчитали необходимым, разместить его в нашей главе:

Любил ли этот фильм Штирлиц, не столь уж и важно. Но тот факт, что более трех минут экранного времени в знаменитом сериале, который посмотрели двести миллионов телезрителей в 1971 году, были посвящены фрагментам ленты «Девушка моей мечты», уже доказывает, что немецкий фильм за послевоенное десятилетие, был основательно утвержден в коллективном сознании советского гражданина.

И мы, послевоенные дети, полностью в этом убеждены.

Еще одно любопытное обстоятельство. Вероятно Штирлиц, не так бы презрительно смотрел на Марику, если бы знал, что видит филигранную игру своей КОЛЛЕГИ. Дело ведь в том, как выяснилось позднее, — оба они, работали на советскую разведку!

Марика Рёкк
Такой изображалась знаменитая кинодива и, по совместительству, советская разведчица Марика Рёкк на многочисленных открытках…

Как свидетельствуют рассекреченные документы из архива Федеральной разведывательной службы Германии, немецкая киноактриса и певица венгерского происхождения Марика Рёкк была советской разведчицей.

С 1940 года, она была частью агентурной сети, которая отвечала за передачу советским властям военной разведывательной информации высокой важности, следует из документов. Как отмечается в бумагах, Рёкк завербовал ее директор Хайнц Хоффмайстер, который на тот момент уже работал на СССР.

Пока остается неизвестным, какую именно роль в агентурной сети играла Рёкк и какую информацию она передавала в Москву. Ее муж, кинорежиссер Георг Якоби, также, вероятно, был завербован советскими спецслужбами.

Вот такая история, про фильм о Штирлице, где он смотрит фильм про Марику, не зная, кто есть кто, на самом деле…

Чарующий и вдохновляющий символ «Сладкой жизни» — легендарная Марика Рёкк…

А может быть, именно поэтому, Сталин и выпустил «Девушку…» на экраны Советского Союза? Уж он то, не мог не знать, кем на самом то деле, является эта «певичка» Марика Рёкк!

И еще. В тридцатой главе, наших записок, мы уже касались советских фильмов, нашего послевоенного детства. В числе прочих, мы вспоминали о фильме «Весна». Тогда мы не акцентировали ваше внимание на глубинную взаимосвязь кинопроизведений – немецкой «Девушки…» и советского фильма «Весна».

Вместе с тем, обратите внимание на то, что «Девушка…» появилась в Германии в самом конце войны. Это был дорогой фильм. И он отвечал всем канонам кинематографической моды тех лет.

И, буквально через несколько месяцев после окончания войны, руководитель «Мосфильма» Григорий Александров, принимает решение о создании достаточно дорогого кинопроизведения «Весна» (перед этим было приторно-слащавое «Волшебные грезы» ).

Уж он то, лучше иных знал все тонкости и изыски недавнего модного фильма «Девушка моей мечты»! Планка была поставлена, и идеологически правильной «Весне» следовало превзойти буржуазную «Девушку»!

Книга о Любови Петровне Орловой. В ней приводятся любопытные коллизии создания знакового фильма «Весна».[1]

Поскольку, в предполагаемой картине, рассказывалось о создании художественного фильма, большая часть действия происходила на киностудии. По логике вещей можно снимать «не отходя от кассы» — у себя на работе. Однако «Мосфильм» еще не функционировал в полную силу, не все оборудование было возвращено из эвакуации.

Поэтому договорились с чехословацкими коллегами, что часть съемок будет проводится на пражской киностудии «Баррандов-фильм», по техническому оснащению и производственным площадям, одной из самых мощных в Европе. Тем более Чехия, согласно Потсдамскому соглашению, уже была отнесена к социалистическому блоку.

Вот так, на «Баррандов-фильм», и пересеклись эти две знаковые картины. И когда съёмочная группа Григория Александрова приехала на пражскую киностудию, там вокруг ещё стояли целые и невредимые декорации, созданные для «Девушки моей мечты»!

И так получилось, что советская актриса Любовь Орлова бьёт чечётку на том же самом полу, что и немецкая актриса Марика Рёкк. Вот, как выглядит этот фрагмент в советском фильме «Весна», вышедший в свет, менее чем через три года, после появления немецкой «Девушки…»:

Да и не только место съемки объединяют два этих фильма. В фильмах нет даже намека на идущую, либо завершившуюся чудовищную войну, которая нанесла колоссальный ущерб обоим государствам.

В обоих произведениях совпадает фабула фильма – любовь физика и лирика. В немецком — звезды эстрады и горного инженера, в советском: физика и кинорежиссера.

Правда с физиком все оказалось сложнее, нежели с горным инженером. В сценарии пришлось восемь раз менять научную специализацию главной героине, профессору физики. Цензоры боялись, как бы в фильме не проскользнули намеки на ведущиеся в стране секретные разработки, как бы не сделать драгоценный подарок западной разведке, для которой из всех источников информации важнейшим является кино.

Как бы то ни было, все это утрясли. И уже второго июля 1947 года картина «Весна» вышла на экраны Советского Союза. И если внимательно посмотреть оба фильма, то можно увидеть, как много они имеют общего.

А если ты, дорогой читатель, еще и внимательно послушаешь одну из главных песен фильма — «In der Nacht ist der Mensch nicht gern alleine…», то безусловно догадаешься — откуда «появилась» у Исаака Дунаевского песня «Журчат ручьи», из той же «Весны»!

Вот такие наши детские воспоминания о легендарной Марике и ее «Девушке» …

Знаменитый и любимый всеми школьниками СССР, Тарзан, в исполнении Джонни Вайсмюллера…

Но все это пикантные подробности мелодрамы, предназначены для взрослых людей. А вот для нас, послевоенных подростков, наиболее любимым фильмом, был, конечно, «Тарзан». Это бесконечные истории про человека, выросшего среди обезьян.

На одной шестой Земли его призывным криком умеет вопить каждый пионер, а рукотворная лиана — привязанная к ветке веревка, чтоб раскачиваться, — по-русски, разумеется, называлась «тарзанка». Если нам говорили в школе: «Зарос, как Тарзан», то всем было ясно – о ком и о чем идет речь.

В первом фильме «Тарзан» разворачивалась увлекательная история авиакатастрофы, в которой все разбивались, кроме ребёнка в люльке. Его схватили обезьяны и воспитали! А главное — сила, красота и ловкость новоиспечённого Маугли — Тарзана! Он прекрасно прыгал по деревьям, дружил со слонами, тиграми и львами, нырял и плавал, как Бог! У Тарзана появляется преданный друг — шимпанзе Чита.

Знаменитый крик Тарзана, который в совершенстве мог исполнять любой подросток Советского Союза…

Тогда мы не знали, что в роли Тарзана снимался знаменитый пятикратный американский олимпийский чемпион по плаванию, обладатель шестидесяти семи мировых рекордов Джонни Вайсмюллер. Мы не знали и того, что смотрим фильм, который остальное человечество увидело двадцать лет назад! Ведь первый «Тарзан» появился на свет в далеком 1932 году!

Далее, по сюжету, в джунгли отправляется экспедиция, которую возглавляет профессор Паркер, и в состав которой вошла его юная дочь, которую зовут Джейн. Неожиданно на экспедицию нападает племя обезьян и похищает девушку. А Тарзан, совместно с Читою, разумеется, освобождает эту красавицу.

«Ну как не остаться в такой замечательной компании?» — подумала Джейн. И осталась…

Так Джейн оказывается в объятьях Тарзана — повелителя обезьян, живущего в ветвях могучих деревьев. Великое чувство любви к Тарзану захватило Джейн так сильно, что девушка решила навеки остаться с любимым под пологом дикого леса. Ее не остановили ни дикие львы, ни носороги, а тем более уговоры отца. Роль подружки Тарзана сыграла американская актриса Морин О Салливан.

Чтобы не ослабевал интерес зрителей, сюжет вновь раскручивается по спирали. В джунглях вновь происходит крушение частного самолета. Шимпанзе Чита находит в обломках младенца и относит его Тарзану и Джейн. Спустя пять лет мальчик, получивший от Тарзана оригинальное имя Бой, вовсю прыгает по лианам и дружит с местной животной фауной.

Но появляются родственники мальчика и пытаются забрать его. Оказывается, Бой наследник целого состояния. Но Тарзан не горит желанием отдавать приемного сына. Однако, приспешники владельца Нью-Йоркского цирка похищают Боя, дабы показывать его на публике. Тарзан и Джейн вынуждены вместе с Читой отправится в каменные джунгли Нью-Йорка, чтобы разыскать мальчика.

Эпизод райской жизни красавца Тарзана и красавицы Джейн…

Поиски сопровождаются погонями, беготней по городским крышам, и там же Тарзан совершает свой головокружительный прыжок с Бруклинского моста.

Всего в прокате советские зрители увидели четыре фильма: «Тарзан», «Тарзан в западне», «Тарзан находит сына», «Тарзан в Нью-Йорке».

Мы, послевоенные дети, не знали фамилий актеров, игравших в этом «звездном» фильме. Однако, каждый школьник огромного Советского Союза, разбуди его ночью, с уверенностью ответил бы – кто такие Тарзан, Джейн, Бой и Чита!

Это была головокружительная слава, значительно превышавшая популярность профессора Ирины Никитиной и артистки Веры Шатровой из фильма «Весна»!

Эту знаменитую четверку знал любой школьник Советского Союза – Тарзан, Джейн, Бой и знаменитая Чита!

Вспомните сюжет из фильма «Офицеры», когда подросток-суворовец в пятидесятых годах прошлого века, опоздал из увольнения, поскольку в зоопарке слишком долго смотрел на бегемота. Если бы по сюжету был не бегемот, а вольер с обезьянами, то могла бы получиться еще более колоритная сцена, поскольку послевоенное поколение тут же узнало бы знаменитую Читу!

В этом фильме мы могли бы видеть детей, которые самозабвенно орут всего лишь одно слово: «Чита! Чита! Чита!».

Именно так в СССР называли всех без исключения обезьян в 50 – 60 годы прошлого века. И так было во всех, без исключения, зоопарках Советского Союза.

Тарзан и Бой живут очень хорошо, ибо питаются исключительно бананами! Что это такое, мы, послевоенные дети, совершенно не знали, поскольку видели этот плод, исключительно в кино…

А вот трогательные воспоминания из кубанской станицы Курганная:[2]

«В 1951 году стали показывать в сельском клубе трофейный, после войны, иностранный фильм «Тарзан», внёсший большой переполох в головы особенно детей.

Ребята ходили по станице и издавали тарзановский клич слонам: «Ээ-э-э-уу-у-у», пытались кататься на импровизированных лианах из дикого винограда, оплетающего деревья, или перепрыгивать на высоте с одного на другое стоявшие рядом деревья, что часто приводило к печальным последствиям.

А это та же знаменитая четверка, но уже в Нью-Йорке…

На приличной высоте росшего у нас в огороде тутовника, мы закрепили веревку, привязав на свободном конце веревки деревянную палку-перекладину, садились на неё и крутились вокруг дерева или раскачивались как на качелях, издавая воинственный клич Тарзана.

Николай Скороходов решил пойти со своим трюком дальше. Он зажал коленями палку, пропустив между ногами верёвку, и стал раскачиваться в положении вниз головой и опущенными вниз обеими руками.

Когда он оказался в нижней мертвой точке, то верёвка вдруг оборвалась и он, находясь вниз головой сантиметров восемьдесят – девяносто над землей, спикировал в землю, на какое-то время зафиксировав своё вертикальное положение.

Удар о землю был приличным, у него перехватило дыхание, весь он напрягся и покраснел. Мы его со смехом подняли, а ему было не до смеха, а затем он отошел и стал с нами ругаться.

Фильм «Тарзан» надолго остался в памяти. Даже была у ребят на устах присказка: «Жили были три бандита: Джейн, Тарзан и баба Чита» — это главные герои фильма…».[3]

Ну какой же приключенческий фильм без погони? В большом городе, Тарзан и его друзья, проявляют все свои лучшие качества…

Вспоминая нашего детского «Тарзана», вероятно следует привести отношение к нему Иосифа Бродского, изложенного в эссе «Трофейное» в 1986 году:

«И я утверждаю, что одни только четыре серии «Тарзана» способствовали десталинизации больше, чем все речи Хрущева на XX съезде и впоследствии.

Нужно помнить про наши широты, наши наглухо застегнутые, жесткие, зажатые, диктуемые зимней психологией нормы публичного и частного поведения, чтобы оценить впечатление от голого длинноволосого одиночки, преследующего блондинку в гуще тропических джунглей, с шимпанзе в качестве Санчо Пансы и лианами в качестве средств передвижения. Прибавьте к этому вид Нью-Йорка (в последней из серий, которые шли в России), когда Тарзан прыгает с Бруклинского моста, и вам станет понятно, почему чуть ли не целое поколение социально самоустранилось.

Первой оказалась, естественно, прическа. Мы все немедленно стали длинноволосыми. Затем последовали брюки дудочкой. Боже, каких мук, каких ухищрений и красноречия стоило убедить наших мамаш – сестер — теток переделать наши неизменно черные обвислые послевоенные портки в прямых предшественников тогда еще нам неизвестных джинсов!

Американская афиша фильма «Тарзан в Нью-Йорке»…

Мы были непоколебимы, — как, впрочем, и наши гонители: учителя, милиция, соседи, которые исключали нас из школы, арестовывали на улицах, высмеивали, давали обидные прозвища.

Именно по этой причине мужчина, выросший в пятидесятых и шестидесятых, приходит сегодня в отчаяние, пытаясь купить себе пару брюк: все это бесформенное, избыточное, мешковатое барахло!

Разумеется, в этих трофейных картинах было и нечто более серьезное: их принцип «одного против всех» — принцип, совершенно чуждый коммунальной, ориентированной на коллектив психологии общества, в котором мы росли.

Наверное, именно потому, что все эти королевские пираты и Зорро были бесконечно далеки от нашей действительности, они повлияли на нас совершенно противоположным замышлявшемуся образом.

Знаменитый прыжок Тарзана с Бруклинского моста…

Преподносимые нам как развлекательные сказки, они воспринимались скорее, как проповедь индивидуализма. То, что для нормального зрителя было костюмной драмой из времен бутафорского Возрождения, воспринималось нами как историческое доказательство первичности индивидуализма.

Фильм, показывающий людей на фоне природы, всегда имеет документальную ценность. Тем более — по ассоциации с печатной страницей — фильм черно-белый. Поэтому в нашем закрытом, точнее, запертом на все замки обществе мы скорее извлекали из этих картин информацию, нежели развлекались. С каким жадным вниманием мы рассматривали башенки и крепостные валы, подземелья и рвы, решетки и палаты, возникавшие на экране!

Ибо мы их видели впервые в жизни! Мы принимали голливудскую бутафорию из папье-маше и картона за чистую монету, и наши представления о Европе, о Западе, об истории, если угодно, были обязаны этим лентам чрезвычайно многим».

Вот такое мнение лауреата Нобелевской премии по литературе, о практически детском послевоенном фильме!

И, говоря о послевоенных зарубежных фильмах, нельзя не упомянуть знаменитую ленту «Серенада солнечной долины», о которой написано бесконечное множество рецензий самого различного уровня.

Сюжет музыкальной комедии, в которой занят знаменитый оркестр Гленна Миллера весьма примитивен. В центре — стандартный для мюзикла любовный треугольник. Согласно ему, пианист ансамбля Тед Скотт (играет Джон Пейн), под руководством Фила Кори (играет Гленн Миллер), соглашается принять у себя ребенка-сироту из Норвегии.

К полному удивлению Теда, этой сиротой оказывается совершенно взрослая девушка Карен (в исполнении Сони Хини), которая с самого начала не скрывает своих планов выйти замуж за Теда, несмотря на его роман с певицей мисс Карстэрс (Джоан Дэйвис).

Тайком Карен отправляется с оркестром на знаменитый лыжный курорт «Солнечная долина» в штате Айдахо, где, демонстрируя чудеса владения лыжами и коньками (исполнительница роли Соня Хини — профессиональная фигуристка), девушка завоевывает сердце своего возлюбленного.

Кадр из фильма "Серенада Солнечной долины", второй слева - Гленн Миллер.
Кадр из кинофильма «Серенада…». Второй слева – Гленн Миллер. В центре – Соня Хини, профессиональная фигуристка, рядом с нею – актер Джон Пэйн…

Отставив все эти роковые страсти, следует отметить, что фильм получил успех не за вышеописанную мелодраму. Лента получила всемирное признание, за исполнение в нем двух музыкальных произведений — «Серенада лунного света» и «Дорога на Чаттанугу». Эти мелодии существуют на протяжении почти восьмидесяти лет и нисколько не устарели![4]

Мелодию, ставшую символом фильма — «Серенада лунного света», в исполнении оркестра Гленна Миллера, мы приводим в прилагаемом ролике:

Но это – для разогрева. Апогеем же всего фильма явилась знаменитая песня Гарри Уоррена и Мака Гордона «Chattanooga Choo Choo» — «Дорога на Чаттанугу». Эта мелодия номинировалась на «Оскар» за лучшую оригинальную песню.

!!!!0000_00-1 (650x455, 70Kb)
Дороти Дэндридж и братья Николас, которых чрезвычайно интересует вопрос – идет ли поезд на Чаттанугу?

Фильмов, с участием джазовых оркестров, в США было выпущено много. «Серенада…» была одна из них. А вот для молодого советского человека, этот фильм был ЕДИНСТВЕННЫМ, где столь сочно преподносился запретный джаз. Давайте еще раз вспомним чарующий сюжет пятидесятых годов прошлого века:

«Команда Гленна Миллера: «Репетируем Чу-чу, прошу. Раз, два…». Плавно вступает дюжина духовых, к ним присоединяется гитара, рояль, контрабас и барабан.

Три знаменитости – Гленн Миллер, фигуристка и актриса Соня Хени и актер Джон Пэйн…

Солнечная долина наполняется захватывающим джазом, настолько захватывающим, что его не просто слышно — его можно почувствовать на ощупь. Музыканты явно в восторге от того, что они делают, тот, что на контрабасе, от удовольствия даже подпрыгивает.

Оркестр трубит в духовые и забавно квакает, прикрывая сопла тромбонов, чем-то, похожим на кухонные миски. Духовая часть темы длится минуту, затем парень в смешной бейсболке с большим оттопыренным кверху козырьком сверяется с нотами у Гленна Миллера и, посвистывая, подходит к столику, за которым идет игра в карты, где наперебой с картежниками начинает петь бесподобную историю о путешествии на Чаттанугу.

Гленн Миллер в это время вальяжно дирижирует сидя к оркестру спиной. Компания переходит к другому столику, за которым миловидная девушка вяжет что-то похожее на собачий свитер. Парень в бейсболке подходит к девушке и заводит центральную тему, которую та задорно подхватывает, а картежники протяжно подтверждают.

Посетители кафе в блаженстве, администратор оркестра Аллен пританцовывает полами пиджака, девушка обворожительно улыбается, а за окном катаются лыжники.

Парень в смешной кепке начинает знаменитую «Chattanooga Choo Choo»…

Парень, девушка и картежники собираются в круг, чтобы камера сверху поймала их счастливые лица. Духовые воют, контрабасист и барабанщик бесчинствуют.

Камера заглядывает трубам в дыры и начинается второе отделение — музыкально-танцевальное. Эстафету принимает темнокожая Дороти Дэндридж, игриво держащая черный зонтик над черным платьем, не покрывающим ее плечо.

Неспешно пошагивая, молоденькая Дороти приближается к братьям Николас, одетым в клетчатые костюмы с котелками, чтобы втроем начать новый пересказ истории о путешествии на поезде, на Чаттанугу, но на то они и темнокожие певцы, чтобы сделать все по-своему и более энергично.

Дороти поет кокетливо, братья Николас – шутливо. Дороти поигрывает плечами, перешагивает с ноги на ногу, пританцовывает и выдает голосом очаровательные рулады.

Серенада солнечной долины (Sun Valley Serenade)
Советская афиша фильма «Серенада солнечной долины», получившего огромный успех не только в США, но и среди жителей послевоенного Советского Союза…

Покончив с текстом, троица приступает к чечетке – Дороти, не выпуская зонтик, притаптывает, пришаркивает по полу, крутится вокруг оси, заигрывает в танце то с одним, то с другим; в конце концов Дороти исполняет танцевальный элемент – предтечу «лунной походки» и удалятся в вагон бутафорского поезда, кокетливо дав братьям Николас от ворот поворот.

Но братьям нескучно и вдвоем: следующую минуту они демонстрируют такой невероятный чечеточный номер, что чертям на их месте стало бы жарко — из серии «не пытаетесь повторить это дома».

Все это невозможно описать! Все это надо видеть! И мы предлагаем тебе, уважаемый читатель, посмотреть этот знаменитый фрагмент из фильма:

Казалось бы — старое доброе кино, из тех, где все влюбляются, поют и танцуют, лучший способ поднять настроение. Ведь первоначально фильм задумывался как рекламный ролик для музыкальной темы оркестра Гленна Милллера, но в итоге перерос в полноформатную музыкальную комедию с трехкратной олимпийской чемпионкой по фигурному катанию в главной роли.

Более того – фильм совершенно неожиданно стал своеобразным гимном стиляжьего движения, в стране победившего социализма.

Этот фильм стал знаковым для целого поколения советских людей. Мелодии из картины приобрели большую популярность в СССР. Их нередко повторяли в подборках лучшей киномузыки. Композиции из фильма исполнял джазовый оркестр под управлением Олега Лундстрема.

И так продолжалось примерно на протяжении пятнадцати послевоенных лет. Потом о фильме стали потихоньку забывать. А потом «Серенада…» приобрела «второе дыхание».

И здесь уместна аналогия с возрождением «Девушки моей мечты», которая произошла благодаря вышедшему сериалу о мгновениях Штирлица.

Только здесь возрождение произошло благодаря выходу в свет пьесы Виктора Иосифовича Славкина «Взрослая дочь молодого человека». Премьера этого спектакля состоялась в 1979 году, на сцене Московского драматического театра им. К. С. Станиславского.

Сюжет прост: действие происходит в Москве, в 70-х годах. Герои не виделись много лет, а теперь встретились и вспоминают свою молодость, когда они учились в институте, увлекались джазом и слыли отъявленными стилягами…

В Советском Союзе огромным успехом пользовался диск Олега Лундстрема, на котором звучали популярные мелодии незабываемого фильма…

Спектакль буквально взорвал театральную общественность, его назовут «началом новой театральной революции». Затем, о нем стали говорить буквально все! Люди, которым было под пятьдесят, вдруг начали вспоминать – какие песни они пели и какие танцы танцевали, двадцать пять лет назад.

И это было повествование не про песню «Chattanooga Choo Choo», хотя она звучит практически на протяжении всего спектакля! Это был спектакль про послевоенное студенческое поколение, которое звали «стилягами». Они боготворили джаз и надеялись на падение «железного занавеса». Их травили, резали им узкие брюки, остригали в милиции длинные волосы.

!!!0000-8 (267x320, 14Kb)
Всемирно знаменитый руководитель джазового оркестра – Гленн Миллер…

И сколько, при этом, оказалось потерянных судеб. Это был пронзительный спектакль о разочаровании, о тоске по несбывшимся мечтам.

Здесь уместно привести высказывание автора пьесы Виктора Славкина:

«У нас есть предложение – поставить памятник неизвестному стиляге. В Америке. В Нью-Йорке. На Бродвее! Многие из тех, кто еще тогда, в мрачное сталинское время, любил Америку, знали о ней все, поклонялись ей, натерпелись за свою любовь, а то и вовсе получили за это волчий билет, так и не прошвырнулись по этому самому Бродвею. Пусть хотя бы постоят там. В виде изваяния.

Мало кто из американцев знает, что в годы холодной войны происходило с нашей молодежью. И какую роль для нас играла Америка. Страна джаза, страна небоскребов, страна Мерилин Монро и Элвиса Пресли, архитектора Райта и кибернетики…

Тогда все обливалось грязью, называлось музыкой толстых, лженаукой или порнографией. А те, кто думал тогда не так, были в глазах советской общественности ублюдками, отщепенцами, шизофрениками, моральными уродами, предателями, обезьянами – короче СТИЛЯГАМИ. Но как ни старались печать, милиция, учителя, родители, комсомол, нас уже нельзя было отвернуть от Америки. «Америка России подарила пароход…».

Когда началась компания против «низкопоклонства перед Западом», против «безродных космополитов, этих скрытых агентов иностранных разведок», взялись за стиляг. Лес рубят – щепки летят. Мы были щепками в этой всесоюзной рубке».[5]

Вот таким грустным и знаковым оказался спектакль, где постоянно напевают мелодию «Chattanooga Choo Choo». Приведем фрагмент из этого спектакля:

Ивченко. Вы сейчас упадете!.. Был я в ней! В этой самой вашей Чаттануге.

Прокоп. В Чаттануге-чуче?!

Ивченко. «Чуча» – это просто так, мол, поезд «чу-ча-чу-ча», а станция называется Чаттануга. Я когда прилетел в Нью-Йорк, сразу должны были в Калифорнию через всю Америку на поезде ехать… Там, в Лос-Анджелесе, конгресс университетов открывался… Ну вот, едем, сижу у окна, вдруг поезд останавливается на одной станции, смотрю – елки-палки! – написано «Чаттануга»!

Я выскочил на перрон, негр стоит, орешки какие-то продает, я его спрашиваю: «Это Чаттануга?» «Ес, сэр», – говорит. Я говорю: «А это не шутка?» – «Ноу, сэр», – и орешки мне свои сует. А я стою, смотрю на эту надпись и вдруг все вспоминаю… вечер наш тот факультетский… Бэмса… «Чучу».

Люся. Правда, вспомнил?

Ивченко. Стою посреди Америки и все вспоминаю… Я этому негру с орешками говорю: «А помните, такая песенка была: «Падн ми, бойз, из дет де Чаттануга-чуча»? А он: «Это что-то во время войны, сэр… Купите орешки, сэр…»

Бэмс. Ну и что?

Ивченко. Что?

Бэмс. Ну, орешки купил?

Прокоп. «Падн ми, бойз…»

Ивченко. Кстати, невинная песенка оказалась. Там негритянка спрашивает у двух парней: «Это поезд на Чаттанугу»? И все! Обычная железнодорожная тематика. А Бэмс так страшно хрипел, как будто кто-то кого-то убил и поет над трупом: «Падн ми, бойз, из дет де Чаттануга-чуча…» Жуть! Мороз по коже!

Бэмс. Слова помнишь… Мелодию не врешь…

Ивченко. Я же ее, вашу пластинку, тогда раз сто слушал.

Бэмс. Так понравилась?

Ивченко. Надо было лично ознакомиться с тлетворным влиянием Запада.».[6]

Постер фильма
Американская афиша все той же «Серенады…»

И еще небольшой фрагмент:

«Ивченко. Что ты болтаешь? Причем здесь кока-кола?

Бэмс. Это сейчас она не причем, это сейчас она стала ни при чем, а тогда она была для тебя полна смысла. «Не ходите, дети, в школу, пейте, дети, кока-колу…» Двадцать лет, Прокоп, слышишь, двадцать лет им понадобилось, чтобы понять, что кока-кола – это просто лимонад, и ничего больше. А тогда нам вжарили и за кока-колу, и за джаз, и за узкие брюки. Потому что тогда-то было точно известно – если это все нам нравится, значит мы плесень! Гниль! Не наши! Двадцать лет… Жизнь…».[7]

Вот такие разочарования. Мы приведем здесь отрывок из спектакля. Посмотрите, как бывшие стиляги, люди которым уже под пятьдесят, самозабвенно выплясывают ту самую «Chattanooga Choo Choo».

Вот такие наши ностальгические воспоминания о фильме и спектакле, которые могут быть понятны лишь тем, кто большую часть жизни провел в Советском Союзе…

А как же сложилась судьба знаменитого Гленна Миллера? Напомним, что «Серенада» дебютировала в августе 1941 года. Это было трагическое для нашей страны время, когда было не до новинок зарубежного киноэкрана. Это был самый черный период в жизни страны, когда, вспоминая Высоцкого:

По выжженной равнине -
За метром метр -
Идут по Украине
Солдаты группы «Центр».

Америка еще держала нейтралитет, который была вынуждена прервать, после того как, седьмого декабря 1941 года Япония напала на Перл-Харбор. Многие американские музыканты ушли в армию. Был призван и Гленн Миллер.

https://upload.wikimedia.org/wikipedia/commons/thumb/0/03/Glen_miller.jpg/200px-Glen_miller.jpg
Знаменитый на весь мир руководитель оркестра ВВС США, майор Гленн Миллер, будучи на военной службе…

В 1943 году он возглавил военный оркестр ВВС Соединенных Штатов. Пятнадцатого декабря 1944 года майор Гленн Миллер должен был вылететь из Галифакса во Францию. В парижском зале «Олимпия» готовился концерт его оркестра. Они вылетели втроем – пилот, полковник Норман Базелл и Гленн Миллер. Канадский «Норсман С-64», маленький самолетик, летел над самой водой в сильном тумане. Пролив Ла-Манш – последнее, что они видели.

Самолет исчез, как и его пассажиры. Ни трупов, ни самой машины найдено не было. Это обстоятельство и по сей день не дает права сказать о Миллере «погиб».

Все пишут «исчез» …

Однако, почему-то в пятидесятые, либо в шестидесятые годы, восторженно воспринимая очаровательную мелодию «Серенады…», нам и в голову не приходило, хотя бы на минуту задуматься о судьбе великого музыканта. В газетах об этом не писали и по радио никогда не говорили.

Будучи в Лиссабоне, нам повезло попасть на концерт знаменитого оркестра Гленна Миллера, который существует и по настоящее время…

Шло время. Вновь забылись и послевоенный фильм, и советский, доперестроечный спектакль. Мы думали, что все это уже в далеком прошлом. И вдруг, мы узнали, что джазовый оркестр, основанный Гленном Миллером в 1937 году, существует и по настоящее время!

После гибели Миллера, оркестр перешёл под управление певца и саксофониста Текса Бенеке, ближайшего друга Миллера. Через несколько лет наследники Миллера расстались с Бенеке и после небольшой паузы наняли в 1956 году нового руководителя — Рэя Мак Кинли, барабанщика из военного музыкального коллектива Миллера.

Фрагмент концерта знаменитого оркестра Гленн Миллера. Люди, не первой молодости, самозабвенно выплясывают на сцене. И это здорово! Лиссабон, март – 2019 года…

С тех пор оркестр продолжал записывать и исполнять композиции под управлением разных дирижеров, среди которых были знаменитые кларнетисты Бадди Де Франко и Пинатс Хако.

Наиболее продолжительный период — дважды в восьмидесятых годах прошлого века, и до конца первой декады нового столетия оркестр возглавлялся тромбонистом Ларри О’ Брайеном. Одной из наиболее заметных работ этого времени стала запись альбома рождественских мелодий в миллеровском стиле. В 2012 г. коллектив перешел под начало Крунера Ника Хильшера.

Будучи в Лиссабоне, нам удалось заказать билеты, и мы побывали на концерте этого знаменитого оркестра. Нашему счастью не было предела. Так и состоялось наше третье прикосновение (после самого фильма и спектакля) к знаменитой «Серенаде солнечной долины».

А поскольку «Серенада…» стала провозвестником «стиляжьего» движения, то в следующей главе, мы и поговорим о нем более подробно.

Будущая, тридцать четвертая глава, называется: «Семейство двадцать третье – Гуннеровые или о советских стилягах…».


[1] В серии «Жизнь замечательных людей» была издана книга «Любовь Орлова», написанная Александром Николаевичем Хорт. В ней весьма увлекательно изложен творческий путь великой советской актрисы. Книга была издана в 2007 году издательством «Молодая гвардия». Кому интересно – рекомендуем почитать.

[2] В 1962 году станица получает статус города и имя – Курганинск. В настоящее время – районный центр Краснодарского края.

[3] Цитата из книги: «Курганинский район. Все о фильме «Кубанские казаки». 70-летию фильма посвящается. Курганинск. 2018. С. 16.

[4] Премьера фильм «Серенада солнечной долины» состоялся в американском городе Солт-Лейк-сити 21 августа 1941 года.

[5] Славкин Виктор. «Расскажи, о чем тоскует саксофон…». Юность. 1991. № 7. С. 75.

[6] Славкин Виктор Иосифович. Взрослая дочь молодого человека. Библиотека драматургии Агентства ФТМ. – М. 2017. С. 10.

[7] Там же. С. 13.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш адрес email не будет опубликован.